Бездна Тайн

Однако я отвечу далеко не на все, предоставляя детям возможность разобраться во всем самим… – язвительный тон голоса заставил выкинуть из головы образ тщедушного старика, не способного на молниеносные действия.

Невзирая на ухмылку, я бросила куски пергамента на дряхлый, как кожа бывшего Стража, стол. Пыль взвилась в лёгком урагане.

– Древние знаки, написанные кровью, уверена, вы способны прочесть. Нам нужно содержание писания.

Я бросила на Реджиса острый взгляд, наблюдая за каждым действием человечного Тёмного.

Он потёр один из знаков с явным чувством расстановки, переводя взгляд то на меня, то на Эдгара, который смотрел на всю ситуацию в некотором отрешении. Но даже его брови поползли выше, когда Эд стал свидетелем того, что старик пробует на вкус высохшую кровь.

– И вновь на пути встречаются Лойды!

Истерический смех наполнил узкую каморку. Место крепления тонкого клинка к бедру беспощадно скрутило.

– Я не сомневался! – безумный вопль прекратился в мгновение. Серьезный взгляд Реджиса Двэйна, словно магнит, меня изучал, не отрываясь.

Его убийственный взор встретился с моим убитым.

Я вспыхнула яркой эмоцией гнева и желанием отомстить за то, в чем старик не виновен. Желала поднести клинок к его дряхлому горлу, хорошенько надавив, чтобы он молился вновь стать бессмертным.

–Ты можешь хоть раз ответить прямо?! – огрызнулась я, пылая лютой ненавистью.

Двэйн древний смерил меня плавным взглядом, но мне не понравилась очередная улыбка.

– Трудно сказать… ой, ну вот, опять я за своё!

Старик рассмеялся в лицо, замечая проступившие фиолетовые пятна на моей бледной коже.

– Не устраивай шоу, Реджис! – возле уха прорычал огрубевший голос Эдгара. Он был размеренный, тем и пугал.

Казалось, что старик даже не заметил едкого перехода из стадии уважения в стадию пренебрежения, совершенно не обратив внимания на Лидера Тьмы. Багровые глаза, теряя свою блеклость, приближались ко мне настораживающими движениями.

– Она погибла в собственной слабости.

От звучания первых иероглифов имени моей матери, лицо пронзила судорога. Нервная дрожь при вдохе раскрыла моё состояние. Расширив глаза, я ощутила непривычное для себя чувство – слабость, проявление которой вечно закапывала в собственном склепе памяти.

В секунду положение изменилось. Я не заметила, как контроль покидает моё тело, руки своевольно схватили старика за горло.