Колдовские камни. Книга 3. Слово

– Уже глубокая ночь, – ответил Колдун, словно не расслышав слов мальчика.

Казалось, достучаться до его помраченного сознания было невозможно. Илья подавленно опустил голову и послушно пошел за Ютасом. Они пришли в большую темную комнату со стенами, обтянутыми багровым бархатом, и решетками на узких окнах. В комнате стояла кровать с плюшевым пологом. Столбики, державшие полог, обвивали золотые змеи с хищно светившимися в темноте глазами. На столике у кровати стояла ваза с букетом из засохших роз. Из всего мрачного убранства это почему-то показалось Илье самым страшным.

– Почему цветы мертвые? – спросил он испуганным шепотом.

– Такие она любит больше всего, – пожал плечами Ютас. – Спокойной ночи.

Колдун вышел из комнаты, оставив на столе фонарь. Его тусклый огонек отбрасывал на стены недобрый красноватый свет. От всех предметов тянулись уродливые тени, готовые вот-вот ожить и злобно зашептаться. Одеяло было черным, подушки и простыни тоже. Илье показалось, что он должен лечь спать в склепе.

***

Ночь никак не хотела заканчиваться. За стенами замка выл ветер и шумел ливень. Илья не мог заснуть, ворочаясь на большой кровати. Он то ловил на себе взгляд змеи, ползущей по кроватному столбику, то замечал движение теней под потолком. Близость колдовских камней будоражила сознание, и тревога свинцовой тяжестью давила на грудь. Мальчик взял фонарь и вышел из комнаты.

Сгустки темноты, что шептались в пустых коридорах замка – заметил Илья – разбегались от света, и он поднял фонарь повыше.

В лаборатории было чуть светлее, чем в других покоях Маргодрана. Шары из красного стекла горели на высоких бронзовых подставках, освещая комнату наколдованным холодным огнем. Войдя, Илья устремился, было, к столу, где стояла золотая клетка с заветным сундучком, но замер на месте от испуга, увидев Ютаса.

Колдун сидел в углу на стуле с высокой спинкой, обхватив себя руками, покачиваясь из стороны в сторону. Голова его была бессильно опущена, длинные волосы перепутались и свисали на лицо и плечи. Между седыми прядями глядели широко открытые застывшие глаза.

Вокруг стола, что-то мурлыча себе под нос, расхаживал хромой гоблин-прислужник и сметал щеткой пыль с помоста.

– Что это с ним? – шепотом спросил Илья у гоблина, указав глазами на Ютаса.