Колдовские камни

Он остался лежать, не пытаясь приподняться, его била крупная дрожь. Длинные, некогда черные волосы и бороду пленника посеребрила внезапная седина, темно-синяя шелковая мантия превратилась в лохмотья. Госпожа издала довольный смешок.

– А таким ты мне нравишься, – сказала она. – Приободрись, мой новый боевой соратник. Скоро ты оценишь все прелести темной магии, как может их оценить только величайший белый чародей. Величайший из тех, кто уцелел. Витольда давно нет, Гвендаля мне не удалось сломать, будь он проклят, твои Северные и Западные собратья тебе и в подметки не годятся.

А мне очень нужен толковый белый чародей, который сумеет совместить темное и светлое, возможное и невозможное и овладеть Кристаллом Знания без помощи Слова. Эта честь выпала тебе, Ютас. Ты осознаешь свою великую миссию?

Восточный Колдун сел и приподнял голову. Из-под спутанных волос на женщину в черном взглянули пустые немигающие глаза.

– Осознаю, госпожа, – эхом пронесся по подземелью хриплый шепот.

Госпожа торжествующе захохотала.

Стены подземелья тысячекратно отразили ее ледяной смех, заставив даже истлевшие скелеты в ужасе вздрогнуть.

Корзинка с фруктами

Денек был выходной, воскресный, но, тем не менее, Нока с утра вызвал к себе шеф. Нок свою работу любил, шефа глубоко уважал и потому ничуть не огорчился, что ему пришлось спозаранку ехать в редакцию.

То, что Нок там увидел, повергло его в изумление. Никогда еще Себастьян не был настолько не в духе. Он бегал по своему кабинету из угла в угол, семеня маленькими ножками в блестящих лакированных башмаках, и сердито пыхтел.

Увидев вошедшего Нока, Себастьян тут же кинулся к столу, вскарабкался на подушки своего кресла и принял величественную позу.

– Садись! – рявкнул шеф безо всякого приветствия, указывая Ноку на дубовый стульчик гномьих размеров.

Нок послушно сел, теряясь в догадках, что же могло так разозлить Себастьяна.

– Отлыниваем от работы! Прохлаждаемся! – прорычал шеф, сверля Нока свирепым взглядом.

– Никогда, шеф! – дрожащим от незаслуженной обиды голосом возразил Нок, прижав руки к груди.

– Тебе было дано особое поручение, – сердито напомнил Себастьян. – Дано было или не дано?

– Дано, – подтвердил Нок, все еще не понимая, в чем его обвиняют.

– Может, ты забыл, в чем оно состоит? Забыл или не забыл?

– Не забыл, – покачав головой, пролепетал Нок, совершенно ошалевший от ярости начальства. – Моя забота сделать так, чтобы книги Рассказчика печатались только в нашем издательстве.