Постигая грани возможного. Сборник рассказов

Надо ли говорить, что он и сам был блестящим живописцем! – Флавиан радостно засмеялся с искорками в глазах. – И можете ли вы себе представить, что помимо прочего, прекрасный ученый Конте, изобрел не только современный карандаш, но также был непревзойденным воздухоплавателем, строил воздушные шары, был начальником бригады аэронавтов и директором аэростатического института. Конте многое привнес в развитие полетов на воздушных шарах, значительно усовершенствовав производство водородного газа. Да и ничего удивительного, что воздушные шары и карандаши идут бок о бок на этой страничке истории одного человека.

Заговорщицки улыбнувшись, Флавиан неспешно перешел к полкам с каллиграфическими наборами и к подробному рассказу о тонкостях этого мастерства.

А я задумалась о том, что мы живем в мире вещей. Вещи эти, которые мы встречаем каждый день зачастую кажутся нам обыденными, становясь привычными глазу, они теряют для нас свое очарование по мере нашего взросления и увлечения другими материями бытия.

Кто-то может возразить, что очаровательного в ручке крана, подошве ботинок, электрической лампочке, сверху вниз на нас глядящей? А между тем каждая мельчайшая деталь этого вещественного мира несет в себе незримые для нас с первого взгляда тайны, вековые истории с тысячей причин и следствий, истории невероятных хитросплетений и удивительных загадок, над которыми мы при желании можем приоткрыть завесу, обогатив тем самым мир еще более таинственный – наш собственный, внутренний.

Магическая сила

Было бы здорово, начиная с завтрашнего дня, обнаружить в себе магическую силу уметь делать все, что угодно на свете и обладать знаниями всего-всего, что есть на свете.

В случае прихватившего простуду друга-дирижера, с легкостью заменить его в Ла Скале на Манон Леско. Периодически бегая посреди интермеццо с дирижерской палочкой за контрабас. Потому как простуда у дирижера и контрабасиста одна на двоих, обусловленная особой пылкостью продолжать радовать поклонниц и после концертов.

Сверхурочные, объясняют они, а у меня талант (не пропадать же ему) играть на всех музыкальных инструментах от африканских маримбы и калимбы до скрипок обоих Николо и Антонио Амати.

Книги писала бы по одной в день. От происхождения космоса «Как это было на самом деле» до метафизики архетипических образов и поэтики чистого сознания.