Три подарка судьбы, или Все дороги ведут в Рио

– О чём ты говоришь, проказник, тебе уже двадцать восемь лет, а все со своими шуточками. И вообще Джейзи замужем у нее семья, а я лишний, – тяжело вздохнул Генри.

– Ой, тоже мне нашелся мученик, может быть, она уже много лет в разводе, ведь ты же не знаешь. Сам сказал, что после расставания не связывался с ней. Странный вы человек отец, вот я бы рванул туда, отбил бы ее у «муженька», как вы выразились и жил бы счастливо где-нибудь на островах. Не жизнь, а рай, пальмы, песок, море, солнышко, вот красота.

– Мне бы твой оптимизм, и вообще, ты один раз так сделал, и чем это все закончилось, правильно – разводом.

– Вот любишь ты мне настроение испортить, ну при чем тут Ванесса, а? Ты же знаешь, я не люблю разговаривать на эту тему. И больше не напоминай мне о ней, пожалуйста. Только забудешь об этой стерве, а папаша тут как тут. Зачем он так, не может умолчать, все время тыкает носом в мои ошибки, а значит, мне этого делать нельзя. Ха, да и не смогу, он мне ничего не говорит, не считая недавно обсуждаемой темы.

Вот опять Крис вспомнил свою бывшую жёнушку. Да она была красивой и сногсшибательной телеведущей, когда они встретились. Их сильно тянуло друг к другу. Далее несколько месяцев ухаживаний и они уже в церкви, стоят перед алтарем, дают друг другу клятвы о любви и верности. Любовь, это ещё может быть, а вот насчет верности, скорее всего, нет. Не прошло и двух лет, как муж застукал свою жену в объятьях какого-то мужика. По-моему, это был режиссер. Да какая разница кто, главное она изменила ему.

– Что это ты задумался? Никак бывшую жену вспомнил. Ну, прости меня, я не хотел этого. Я помню, как тебе было тяжело. Ладно, сменим тему, ты хотел увидеть Джейзи, я покажу тебе её. Чтобы ты, наконец, понял каких женщин надо любить, – с гордостью в голосе проговорил он.

Крис построил кислую мину, но потом подумал. Почему я должен страдать, вспоминая, каких-то там Ванесс Джонсонс, и дам похожих на неё? Нет, такого не будет, слишком много чести. Хоть и прошёл уже год, Крис все никак не мог собраться. Эта измена сильно ударила по его самолюбию и мужскому эго. Он до сих пор, конечно, не был затворником, но и не был бабником. Крис искал такого человека, перед которым можно было открыть душу и быть настоящим.