Разведка боем

Это она вспомнила их прошлое свидание, когда, зная о его так и не избытой тоске по Ирине, отдавшей предпочтение другому, Сильвия каким-то непостижимым образом сумела внушить Алексею, что она и есть та самая Ирина. И он любил ее со всей копившейся весь бесконечный год страстью и понял, что ошибся, лишь когда все кончилось и аггрианка сняла свое наваждение.

Трудно передать чувство, испытанное им в тот момент, но Сильвия объяснила, что провела всего лишь сеанс психотерапии и теперь он свободен от мучительного комплекса.

Самое смешное – она оказалась права, и с тех пор Алексей смотрел на свою бывшую любовь спокойно, и не сжималось у него сердце от тоски и зависти, когда вдруг доводилось увидеть Новикова, выходящего утром из ее каюты.

– Ну уж нет, – прошептал он. – То – дело прошлое. Теперь я хочу узнать, что ты собой представляешь «о натюрель»…

В своем выборе он не ошибся. Сильвия в естественном виде оказалась гораздо темпераментнее и изощреннее Ирины. Берестин испытал ощущения, которых ему не доводилось переживать за все свои двадцать лет общения с женщинами, хоть было их у него достаточно.

Но только вот еще какую он понял разницу: Ирину он любил, а с Сильвией – занимался любовью.

Потом она, смахнув пот со лба и поправив растрепанные волосы, села, подоткнув под спину пышную подушку и накинув на бедра край простыни.

Алексей, лежа на спине, курил, приходя в себя после чересчур бурного апофеоза страсти.

– Ну, а как ваш Антон объяснил вам необходимость моего пленения? – спросила вдруг Сильвия совершенно спокойным и деловым голосом.

– Для тебя это важно теперь, когда все давно в прошлом?

– В прошлом ли? Ты так в этом уверен?

Он смотрел на ее лицо снизу вверх, и оно показалось ему сухим и жестким, как у командира подводной лодки в момент торпедной атаки.

И это же вдруг внушило ему непонятную надежду. Неизвестно на что.

– А если уточнить?

– Уточнять пока нечего. Есть только сомнения и определенные мысли по этому поводу. Слишком странны поступки вашего друга Антона…

Здесь он не мог с ней не согласиться.

– Тогда что ты можешь предложить?

– Пока – только одно. Давай заключим союз.

– Союз? Зачем и против кого?

Сильвия рассмеялась, непринужденно и весело.

– Русский есть русский. Не против, совсем не против. Для достижения общих целей. Я проиграла все, вы – не берусь утверждать, но, похоже, тоже немало. Давай вместе и разбираться. Почему именно тебе я делаю предложение? Так это очевидно.