Одиссей покидает Итаку

Одиссей покидает Итаку

Василий Дмитриевич Звягинцев

Одиссей покидает Итаку #2

Эта книга вошла в «золотой фонд» русской фантастики. Это – классика жанра «альтернативной истории». Это – первая масштабная попытка переиграть начало Отечественной войны, отменив катастрофу 1941 года, «перевести стрелку истории», переписать кровавый черновик советского прошлого набело. Итак, «блицкрига» не получилось. 22 июня 1941 года Красная Армия ожидала нападения, и немецкие танковые клинья увязли в хорошо подготовленной обороне.

Изматывая Вермахт в затяжных оборонительных боях, советские войска организованно отошли к старой границе, где и остановили противника…

Василий Звягинцев

Одиссей покидает Итаку

Часть I

КРИТЕРИИ ОТБОРА

Это было не раз, это будет не раз

В нашей битве глухой и упорной:

Как всегда, от меня ты теперь отреклась,

Завтра, знаю, вернешься покорной.

    Н. Гумилев

Заснула она поздно, почти под утро, и, ощутив сквозь сомкнутые веки, что в комнате светло, успела с досадой подумать, что не стоило поддаваться на Димкины уговоры и ехать с ним на Ленинские горы, возвращаться ночью пешком, да еще и долго стоять в подъезде.

Мало ли что он завтра уезжает… Сегодня тоже будет день. А вот на экзамен теперь придется идти не выспавшись.

И открыла через силу глаза.

В комнате было сумрачно, и за окном шел дождь. Сначала она увидела только это и лишь через секунду поняла, что не лежит в постели, а совершенно одетая стоит у окна и за окном не знакомый с детства проспект с гудящим многорядным потоком машин и бело-зеленым зданием Рижского вокзала вдали, а какой-то сад или парк, на первом плане густые мокрые кусты и мокрая трава, а дальше, за серой пеленой дождя, виднеются высокие мокрые глухие стены.

Так тоже бывало – думаешь, что проснулась, а на самом деле сон продолжается. И тут же она окончательно и очень ясно поняла, что никакой это не сон, а самая настоящая, хоть и странная реальность.

Захотела испугаться и не смогла этого сделать.

Было только недоумение и словно бы оглушенность от необъяснимого перехода в совсем другую жизнь.

Оглядевшись, она увидела, что находится в большой и почти пустой комнате. На золотистом, с длинным ворсом ковре стоял низкий журнальный столик, возле него – два кресла. И все.

Нет, она ошиблась. Всю противоположную стену занимал тускло отсвечивающий, почти незаметный на фоне обоев экран. Как у телевизора, только во много раз больше.