Не бойся друзей. Том 2. Третий джокер

Константин Васильевич извлёк из внутреннего кармана просторного парусинового плаща (он не любил дождей и был сторонником проверенной от них защиты) пол-литровую титановую фляжку, предложил по глотку офицерам и обладателям двух и более лычек на чёрных погонах.

– Двадцать полукилограммовых зарядов вот по этому кругу, – обрисовал он пальцем. – Шурфы – на метр. Рванёт – посмотрим. Думаю – хватит. Отходим…

Удолин не ошибся. Подрывники – тоже. Минут через десять, когда пироксилиновый дым и кальцитная пыль слегка осели, отряд исследователей выбрался на ту сторону, перелезая через каменные глыбы и груды щебёнки.

– Вот вам и очередной «прекрасный новый мир», – сказал Секонд, поскольку только он и мог сказать это своим соотечественникам и «совремённикам». Фёст по компасу и отечественного издания карте приблизительно определил направление до ближайшего населённого пункта. Поскольку точку выхода тоннеля, находясь на той стороне, угадать было невозможно. Пресловутый «принцип неопределённости». Удолин и его мудрецы соглашались поручиться либо за географические координаты, либо за время, на выбор.

Фёста, как специалиста по своему миру, больше устраивал хоть пятисоткилометровый промах по месту, но желательно – в юго-восточном направлении, нежели по времени – на пятьдесят лет. Совсем ему не хотелось встретиться с районным уполномоченным госбезопасности или выскочить внутрь «запретки» каторжного ИТЛ[6 - ИТЛ – исправительно-трудовой лагерь, которых в пятидесятые годы в предполагаемом месте выхода имелось достаточно. ].

На мотоцикле того российского производства, очень похожем на советский «М-72» (т. е. немецкий «БМВ»), в сопровождении офицера-«печенега», одетого в потёртую кожанку и солдатскую шапку, одинаковые на территории любой России в интервале почти что века, с трёхлинейным карабином (вдруг чем-то раздражённый медведь встретится, не говоря о «лихих людях»), под тентом коляски, Фёст отправился на разведку.

Чем дальше, тем больше, выехав с щебёнчатого плато, поросшего корявым, местами – с трудом проходимым кустарником, на прилично накатанную грунтовку, он убеждался, что попал, куда надо.

Особенно когда увидел на обочине смятую сигаретную пачку знакомой марки.

– Так, – сказал он поручику, с любопытством озиравшему ландшафты незнакомой страны, – плюс-минус десять лет наши авгуры угадали, уже неплохо. Но хотелось бы поближе. Как тебе здесь, у нас?

– Да вроде бы всё то же самое. Кажется, пахнет чуть по-другому, – он несколько раз втянул носом воздух.