Совершенный изъян

Его лицо в клубах тяжёлого дыма вновь стало расплываться, как изображение на экране.

– Вы хотите, чтобы я переписал отчёт? – спросил Пётр.

Край облизнул губы, покосился на сигарету, на которой уже нарос слой неровного серого пепла, дунул на неё, и пепел разлетелся над столом.

– У меня нет задачи выгораживать Чен-Сьян. К сожалению, задачи выгораживать вас у меня тоже нет. Поэтому я задам вам ещё один вопрос, простой вопрос. – Край уставился на Петра тяжёлым взглядом. – В ваших же интересах сказать мне правду. Вика здесь нет.

Край медленно затянулся, выдерживая паузу.

– Виктор использовал палку?

15

Алла сидела в коридоре, напротив кофейного автомата. Она обнимала ладонями пластиковый стаканчик с кофе, но пара уже не было, коричневатая пенка сошла, и кофе превратился в холодную чёрную жижу, похожую на отработанное масло. Алла, судя по всему, не сделала ни глотка.

– Ты всё? – спросил Пётр.

Алла улыбнулась и кивнула.

– Давно уж. Долго тебя там промариновали. – Она сделала глоток, поморщилась и поставила стаканчик на скамейку.

Они молча вышли из отделения. Хлопнула за спиной тяжёлая дверь, Пётр вздрогнул.

На улице светало.

Солнце скрывала плотная пелена облаков, и казалось, что над домами происходит химическая реакция пара, света и снега. Рваные истошно-жёлтые полосы перетекали в густо-оранжевый, а затем и в багровый, который отражался в затемнённых окнах муниципальных домов.

Со стороны восхода налетел резкий колючий ветер, и Алла подняла меховой воротник искусственной шубки.

Алле явно не терпелось о чём-то спросить. Несколько раз она резко вздыхала, но так и не решилась начать разговор. Когда здание отделения скрылось за поворотом, Пётр сказал, глядя в сторону, ни к кому обращаясь:

– Безумный день!

И Алла схватила его за плечо.

– Что теперь будет-то? Виктора сняли со всех смен! Я думала, и тебя…

– Меня тоже снимут.

– Виктор – полный кретин! Как так можно! Когда он успел-то? Нормальные вроде приехали.

– Я и сам не знаю, когда успел. Вообще впервые его таким видел. Он приложился несколько раз, конечно, но не так уж и много выпил.

– И что теперь?

Они остановились на светофоре – по привычке, ведь машин не было. Петру захотелось сказать что-то воодушевляющее. Но он не смог придумать что.

– Не знаю.