За пазухой у дьявола

Она попыталась открыть дверцу, но ничего не вышло.

– Отстегни ремень! – услышала она голос пилота и стала искать пряжку. Стало еще темнее, и вдруг в кабину хлынула вода. Катерина закричала, пытаясь понять, как отстегивается ремень, но все было напрасно. Вода казалась горячей, у Катерины онемели руки и ноги, проклятый ремень вдруг ослабел, и она рванулась к другой двери, сквозь стекло которой мерцал призрачный свет. Дверь подалась, ее ударила вода, врываясь внутрь кабины, отбросила назад, но Катерина упрямо полезла вперед, к двери.

Еще никогда подъем на поверхность не казался ей таким долгим. Едва вынырнув, Катерина хватанула ртом воздух, с трудом успокаивая дыхание. Придя в себя, она осмотрелась, и к своему ужасу, не обнаружила Егора. Пилота тоже не было видно. Она похолодела, начала дышать чаще, собираясь нырнуть, но тут на поверхности воды показалась голова Егора.

– Егор! – закричала Катерина и кинулась к нему. Они обнялись, мокрые, растрепанные, еще не пришедшие в себя.

– Погоди, – торопливо насыщаясь воздухом, сказал Егор. – Надо пилота отыскать.

Он сделал несколько глубоких вдохов и нырнул. Катерина осталась на поверхности. Присмотрелась: берег был не близко, а вода довольна холодна?.

Через пару минут Егор вынырнул.

– Ну? – спросила она. Он отрицательно повертел головой, отдышался и сказал:

– Глубоко.

Егор осмотрелся и поплыл к берегу. Катерина потянулась за ним.

Через четверть часа они выползли на песчаную отмель, и еще несколько минут лежали рядышком, приходя в себя. На берегу стеной стоял лес, перед ними лежало озеро, поглотившее вертолет и пилота.

– Как его, хоть, звали? – тихо спросила Катерина, глядя на равнодушную поверхность воды.

– Антон, – сказал Егор и поднялся. – Пойдем, осмотримся. Может, деревня какая тут есть.

– Какая тут деревня? – возразила Катерина. – Глушь кругом. Сплошная тайга. Когда летели, я кроме леса ничего не видела.

Тут Егор остановился и молча показал рукой вперед. Катерина посмотрела и ахнула: прямо под могучими соснами стояла черная от времени, вросшая в землю изба. Они торопливо подошли ближе. Изба выглядела колоритно. Все три окна, глядящие на озеро, были закрыты ставнями. Сруб был реально черен то ли от времени, то ли его нарочно коптили.