Шаги по воде

Никакому естествоиспытателю-добровольцу, буде таковой нашелся бы, объяснить то, что ему надлежало исследовать, было невозможно: словами истолковать свою версию я еще как-то сумел бы, но КАК именно надлежало работать мозгами в камере Установки я рассказать бы не смог… Увы, данный эксперимент представлялся мне возможным лишь в собственном исполнении. Но до сих пор я не набрался мужества пойти на этот отчаянный шаг. Ведь кто знает, что меня ожидало? Причем как в случае успеха, так и в противном случае…

Поэтому об этой моей версии никто в институте, как говориться, ни сном, ни духом… Может, оно и к лучшему.

Похоже, день, когда я мог позволить себе такой эксперимент, настал. Даже не позволить, нет. Ведь по сути, это был мой единственный шанс спастись. Или…

…Вот черт, ну неужели нельзя добраться до КЩ?

Я отыскал в лаборатории Фридлянда телефон и снова попытался вызвонить хоть кого-нибудь. И, как и в первый раз, никто не ответил. Создавалось впечатление, будто наверху все вымерли. Бред… А охрана? А штат основного корпуса, в конце концов? Ведь он находится на изрядном отдалении от входа в наше «святое подземелье».

Теперь – в топку ада. И в этой топке сижу я. Как на зло – единственный. А вдруг попросту началась война, и нас бомбили? Или очередной террористический акт, чтоб им провалиться…

Я в последний раз выглянул на лестницу и решительно стал спускаться вниз, на минус десятый.

Здесь было тихо и уютно. Вентиляция давно не работала, но электричество было, а это для Установки самое главное.

Я выключил все освещение, запустил программу и залез в камеру. Теперь предстояло самое трудное: отключиться от всего. Даже в обычное время это было непросто и удавалось не всегда, а тем более сейчас, когда еще немного и рванет в третий, быть может, последний раз…

Хоть это и было необязательно, я сел в «лотос» и сосредоточился на дыхании. Диафрагма вверх – вниз. Вверх – вниз. Нет мыслей. Нет зрительных образов. Сознание чисто. Только жгучее намерение прорваться, пройти сквозь эту размытую стену, дверь, или чем она там являлась в моем сознании.

В сознании всех тех, кто подходил к ее порогу, и тем более тех, кто его преодолел. Нет мыслей…

Нет…

нет…

не…

…Он плыл по тонкому ослепительно белому лучу света. И луч этот самым обыкновенным образом проходил сквозь него. Он вообще был словно бы нанизан на этот луч, как бусина на нитку. И скользил по этой ослепительной нити, и была эта нить нескончаемо длинной.