Обращенный к небу. Книга 1

Он понимал – не разумом, но сердцем – что их обоих тянет друг к другу неведомая великая сила. И не ошибся.

Тем временем всем миром срубили погорельцам и?збы на краю села – дальнем от дома Ильи. И как-то поутру он встретил Оляну у колодца. Она уже сливала воду из журавельной бадьи в своё ведёрко, когда он подошёл и молча, не зная, что сказать, стоял рядом. Он тискал коромысло и не мог оторваться от девичьих лопаток, бойко ходивших под сарафаном. Она обернулась, прямо посмотрев ему в глаза, и просто и спокойно улыбнулась, будто старому знакомцу.

– Здравствуй, Илюшка, – сказала она, придерживая бадью и чуть отходя в сторону, уступая место Илье. Он шагнул к ней, хватаясь за мокрую посудину, и окунулся в её глаза.

– Здравствуй, Оляна, – ответил он, чувствуя, как у него захватывает дух, будто он раскачивается на высоких качелях. Ему захотелось сейчас же, немедленно что-то сделать для неё, одарить чем-то замечательным, и, ещё не зная, что это будет, его язык сам вытолкнул из пересохшего рта:

– Хочешь, я покажу тебе своё место?

– Хочу.

Да солнце высоко, недосуг ещё. Перед вечерней зарёй крикнешь у нашего дома утицей. Умеешь? – предложила она, и в её глазах замерцал волшебный свет.

– Умею, – плывя к этому свету, ответил Илья и принялся опускать бадью к далёкой воде колодца.

В своём тайном месте он не был с прошлого лета, и оказалось, что уютная нора обвалилась от натиска вешних вод. Расстроенный и сконфуженный Илья не нашёл, что сказать, а Оляна рассмеялась и махнула рукой:

– Экая беда.

Так часто выходит. Чудесное оказывается обыкновенным. И наоборот.

В её глазах блеснули искры заходящего солнца:

– Когда я совсем малая была и увидела по весне одуванчики, они мне очень по нраву пришлись: жёлтые комочки на зелёной земле. Я думала, эти цветы такими и останутся, но они обернулись чудны?ми белыми шариками. Мне было очень интересно, я помню, сорвала один, понюхала, а он ничем и не пахнет. Только в носу защекотало – я и чихнула.

И чудесный цветок превратился в пыльное облако. Только рябая головка осталась, – она звонко засмеялась, сорвала росший неподалёку яркий одуванчик и ткнула Илье в нос.

– Теперь у тебя от этого чуда лисый[3 - Лисый – жёлтый (потому и зверь лиса, и грибы лисички: от слова жёлтый).] нос, – весело разглядывала она Илью, а ему было так легко и хорошо рядом с ней, словно они всегда были вместе, как брат и сестра, и это его тайное место было их общим.