Ушла из дома и не вернулась…

Мне, человеку совершенно незнакомому? Не обману ли я их надежд?

Эти первые секунды важны. Во всяком случае, для меня. Начнут мне верить – больше расскажут. Больше расскажут – легче работать. Умение нравиться людям – для нас, сыщиков, качество.

Может они ожидали чего другого? Этакого супермена? Но чего нет, того нет. Так, коротко стриженный, чуть полноватый, выше среднего роста, лет тридцати. Костюм вполне приличный, хотя и не по последнему писку моды. В общем, вполне нормальный средний человек. Между прочим, самая лучшая внешность.

Быстро становишься своим. На супер сыщиков хорошо любоваться, а разговаривать проще с таким же, как и ты. Он как-то ближе.

Я тоже их разглядываю. Во-первых, надо сразу понять, какой стиль разговора, выбрать, во-вторых, чисто по-человечески интересно, а что это за люди? Конечно, работая в уголовном розыске, в новых знакомствах недостатка не испытываешь. Но человек, которому приедаются встречи с людьми, который больше не испытывает к ним никакого интереса, может работать на любой другой, лучше бумажной работе, но только не в розыске.

Слишком близко мы стоим у человеческого несчастья. Неловко повернешься и вместо помощи можно принести новое несчастье.

Честно говоря, не особо выдающаяся пара, с достатком несколько выше среднемосковского.

Привыкли следить за собой. «Сам» – в хорошо пошитом темном костюме, свежей сорочке. Галстук в тон. Скорее всего, такой парадно-деловой вид – для него обычно-повседневно. Иначе к чему наряжаться к середине ночи? Только вот на левом манжете нет запонки.

Потерял или забыл в спешке? Скорее второе. Вон другая, с декоративной цепочкой. Такую потерять сложно.

Она одета тоже хорошо, хотя менее тщательно. Волнуется. Глаза заплаканные, припухшие. Судорожно мнет в руках маленький надушенный платок. Духи дорогие, по-моему, французские. На ногтях старый маникюр, лак уже облез.

На вид – добропорядочные супруги со стажем. Как у нас отмечают в документации – «благополучная семья», что же с ними стряслось?

Я прерываю затянувшуюся паузу:

– Слушаю вас?

Она вздрагивает, подается навстречу.

– У нас… – она всхлипывает-, подносит платочек к глазам. Он берет ее за локоть, сжимает, успокаивая. Я думал, что он заговорит сам, но продолжает она.

– У нас несчастье… Наша дочь не вернулась домой. Ушла еще днем и не вернулась…

Вот оно что… А я – то думал…

Впрочем, нечто подобное ты сразу и предположил. Это уж потом в голове всяких страстей накрутил.