Ушла из дома и не вернулась…

Только спокойствие…

– Татка, ты вот чего, ты сначала успокойся. Давай разберемся. Во что она была одета?

– Как это была! – взрываюсь я, – Ты чего говоришь? В своем уме?!

– Не психуй. Ну, не так сказала. Извини… Я ж в морг не советую звонить. Ты нормально скажи: во что она одета?

– Да они теперь везде в одних и тех же джинсах ходят. Или в этих, комбинезонах. Зачем тебе это?

– В светлых? – уточняет, не отвечая, Лялька.

– В светлых, в светлых, – нетерпеливо соглашаюсь я. Она что-то знает? – Для чего тебе?

– А ты разве не знаешь? – удивляется Лялька.

– Н-нет, – настораживаюсь я. В части новостей она даст фору любому информационному агентству. По части оперативности мужики из ТАСС или Рейтер рядом с ней – сопливые дети.

– Ты только не психуй, ладно? – Вот ведь, любит жилы тянуть.

– Да говори ты!

– Весь город гудит, а ты ни сном, ни чохом?! Баборез по городу ходит.

– Кто-кто? – не понимаю я.

– Ты где живешь? Ничего не понимаешь. Ба-бо-рез, – по слогам, как недоумку, повторяет она.

 – Мужик такой, всех баб режет, кто в белом или светлом. Жуть! В магазинах, говорят, самые шикарные белые пальто висят, и никто не берет. Ясно! Ты что, правда, не знала?

– Нет… – внутри у меня холодеет, – а, может, вранье все это? А? Нигде же не сообщалось. Наверное, предупредили бы.

– Можешь не верить, – обижается Лялька и замолкает. Закуривает, судя по всему, – в газетах тебе уж точно не напечатают. Или подожди пока во «Времени» предупредят. Ты вспомни, сколько про этого армянина молчали, который всех топором рубил.

Это потом, когда поймают – сообщат: обезврежен преступник, шизиком оказался, но ничего страшного совершить не успел. Ты что, только родилась?

Я не очень верю во всякие ужасы. Тем более, Лялька – известная болтушка. С другой стороны – она всегда знает, кого ограбили, на кого напали. Она, говорят, специально в дружину записалась, чтобы подписку на милицейскую газету получить. «На боевом посту» – так, кажется. В ней много всяких подробностей рассказывают. Она как-то давала почитать.

Может, и не слухи?..

– …уже три случая, – увлеченно продолжает Лялька, забыв о роли успокоительницы. – Один, кстати, тут, рядом с нами, на Пресне. Ну, точно тебе говорю! У моего Шурика знакомый в прокуратуре. Имен называть не будем. Сама понимаешь – телефон… Вот, зачем ему обманывать? Он подробно про это дело рассказывал. Ты пойди, посмотри, чего она надела…

Я бросаю трубку и бегу в коридор, к вешалке. Светкиного белого плаща нет…

2.