«Пчела» ужалит завтра

А завтра? Кто знает, будущее ведает только Аллах, и оно лишь в его воле…

Поэтому после ужина, тощий, похожий на нахохлившуюся птицу Моу, отбывавший срок за торговлю наркотиками и контрабанду, заторопился выполнить переданное ему приказание и уже с полчаса парился в туалете второго этажа. Парился в буквальном смысле – чтобы заключенные не засиживались на унитазах, в тюремных туалетах на всю мощь работали калориферы парового отопления, создавая почти непереносимую жару. Сняв одежду и оставшись в одних грязных плавках, Моу пристроился поближе к вентиляционному отверстию и терпеливо ждал, обливаясь потом.

Ослушаться полученного приказа-приглашения он не решился, хотя по тюрьме уже полз шепоток, что счастливая звезда китайца меркнет и готова закатиться, но пока Менза еще в силе и здоров, как рыба, а Моу страстно желал для себя того же.

Вскоре его терпение было вознаграждено – хлопнула разболтанная дверь и появился хмурый Менза. Спустив брюки, он взгромоздился на унитаз и дал пристроившемуся рядом Моу сигарету:

– Что нового?

– Всякое болтают, – прикуривая, уклонился от прямого ответа уголовник.

 – Правда, что в парламенте опять хотели протянуть закон о принудительном использовании заключенных на работах?

– Дурак, – незлобиво усмехнулся китаец. – Хотели… Провалили этот закон. И так полно безработных.

– Плохо, – показал в улыбке гнилые зубы Моу. – Господа парламентарии не подумали о тех, кто сидит в тюряге. Здесь и так мало развлечений, а они нас лишили еще одного.

– Слушай, – поманил его поближе к себе Менза, – благодаря мне ты шастаешь по всем блокам. Надо отработать. Завтра придет монах-католик, посещающий христиан. Тебе придется увидеться с ним и сделать так, чтобы он зашел ко мне.

Моу кивнул и преданно осклабился.

– И смотри, чтобы никто!..

Уголовник скорчил обиженную гримасу и остановил хотевшего надеть брюки китайца:

– Мне не хотелось огорчать вас…

– Что такое? – насторожился Менза, бросив взгляд на дверь.

– Ходят слухи, что вами недовольны на воле.

– Точнее, – прошипел Менза. – Что именно говорят?

– Говорят, что вы утаивали часть денег при «стирке», – решившись, выдохнул Моу.

«Проклятый адвокат, – мелькнуло в мозгу китайца, – хотя, при чем тут он? Здесь свои новости, а перекрыть все каналы связи с волей еще никому не удавалось. Значит, уже просочилось и сюда».

– Кто сказал? – жесткие пальцы Мензы ухватили скользкое от пота плечо Моу.