Двести тысяч золотом

 – Куда им против нашей рукопашной!

Сорвав с китайца сумку, он отдал ее Саше и начал стаскивать халат и брюки, вертя бесчувственное тело как куклу. Потом снял тапочки, почти новые, на кожаной подошве.

– Может, тебе подойдут? Мне малы.

Китаец слабо застонал, но, получив от Лобанова кулаком по голове, снова потерял сознание.

– Бежим! – Подхватив винтовку, Юрий Петрович сунул Саше ворох одежды. – Потом разберемся.

Спихнув китайца в канаву, капитан рванул вперед. Руднев старался не отставать.

– Теперь просто так не дадимся, – повернув к нему разгоряченное лицо, засмеялся Лобанов, подбрасывая винтовку.

Они неслись, не чувствуя под собой ног, только босые пятки выбивали глухую дробь по пыльной дороге. Перелезли через какую-то изгородь, потоптали огородные грядки, скользя на влажной, заботливо политой хозяином земле, выскочили в темный проулок и вдруг поняли, что городишко кончился, улицы остались позади, а впереди раскинулось поле и над ним – высокий купол черного неба с редкими точками ярких звезд.

– Слава тебе, Господи! – истово перекрестился капитан. – Теперь им искать нас как ветра в поле…

Саша примерил трофейные тапочки. Почти впору, только немного широковаты. Надел халат. В плечах хорошо, но рукава пришлось подвернуть. Лобанов скинул сопревшие грязные кальсоны и натянул шаровары китайца. Они с трудом сошлись у него на талии, а внизу не доставали до щиколоток, туго обтягивая могучие икры. Присев, он проверил, не лопнут ли швы, и довольно рассмеялся.

– Нормально! Еще бы рубаху, но, как говорится, за неимением гербовой пишут на простой. Пошли!

Не успели они сделать несколько шагов, как позади, в городке, треснул винтовочный выстрел, приглушенный расстоянием. Потом второй…

– По наши души? – встревоженно спросил Руднев.

– Возможно, – буркнул капитан. – Кто знает? До железной дороги еще верст двадцать, не меньше, добежать не успеем. Надо искать, где укрыться.

– Почему вы думаете, что нас начнут искать именно здесь?

– А тут бежать больше некуда.

Вскоре им попалась неглубокая лощинка, и беглецы спустились в нее. Внезапно Юрий Петрович остановился и прислушался:

– Похоже, скачут?

Цепляясь за жесткие пучки росшей по склону травы, они выбрались на край овражка и осторожно выглянули. По дороге неслись несколько всадников, освещая путь факелами.