Двести тысяч золотом

 – А вы случайно не князь Лобанов-Ростовский?

– Нет, к князьям Ростовским отношения не имею, – засмеялся гигант, устраиваясь рядом. – У меня тут есть маленький приятель. Я его зову Мольтке, поскольку он рыжий, как пруссак. Сейчас познакомитесь.

Юрий Петрович тоненько засвистел, послышался шорох, и Руднев увидел, как из норки высунулась крысиная мордочка. Грызун некоторое время принюхивался, шевеля усами, а потом исчез.

– Стесняется, – усмехнулся Лобанов. – Ничего, привыкнет. Единственное развлечение, поверьте.

Единственный глаз Юрия Петровича озорно подмигнул, и Саша вдруг не без страха подумал, что его сосед тронулся умом от одиночества. Судя по бороде, он здесь уже давно.

– Думаете, у меня мозги набекрень? – заржал гигант, фамильярно хлопнув Руднева по спине тяжеленной лапой. – Нет, милейший, я в здравом уме и твердой памяти. И даже еще не созрел для каннибализма, хотя кормит господин Жао отвратительно и крайне нерегулярно.

– Жао? Кто это?

– Главарь банды, которая нас тут держит, – зло сплюнул Лобанов. – Закурить у вас… случаем… не найдется? Простите великодушно, но озверел без папирос – почти месяц сижу.

– Нет, табак отобрали еще вчера, – сокрушенно развел руками Руднев. – А за что вас?

– Имел несчастье попасть в плен. – Юрий Петрович улегся на спину, закинул могучие руки за голову. Саша наконец разглядел, что его товарищ по несчастью одет только в грязное исподнее белье.

– Воевали?

– Это моя профессия, – гордо ответил гигант. – Воевал с немцами, потом с красными, а здесь сколотили офицерский батальон и подались в наемники к одному китайскому генералу. Игрушечная война! Но платили нормально. Жить-то на что-то надо? Кому нужен бывший командир команды охотников?

– Значит, вы были разведчиком? – уточнил Саша.

– Какая теперь разница? Все мы кем-то были… Мне напоследок не повезло: легкая контузия, а очнулся уже в плену.

– А если написать?

– Куда? На деревню дедушке? Бросьте, Александр Иванович, пустые фантазии. Некому за меня платить. Извините за нескромность, но хотелось бы узнать, с кем имею честь разделить пристанище?

Саша задумался.