Дикое поле

Выйдя из лавки, Бухвостов незаметно поманил пальцем Антипу и тихо спросил:

– Поглядел?

– Никто за нами не тащится, хозяин.

– Ладно. – Зорко осмотревшись по сторонам, Никита Авдеевич не заметил ничего подозрительного. Решил: – Еще немного походим.

Торг дело такое: не только многое можно узнать, но и многого лишиться. Ладно бы кошелька, который утянут ловкие воришки, а то в толчее нож под лопатку запустят и скроются в толпе. Еще хуже, если выслеживают, куда Бухвостов направился, к кому заходил и сколько там пробыл.

Человека, к которому шел сегодня Никита Авдеевич, он берег как зеницу ока. Даже тени подозрения не должно на него упасть! Не один год потратил дьяк, чтобы найти его и завязать тесную дружбу. Естественно, за помощь в тайных делах приходилось платить золотом, но человек того стоил.

Покружив по рядам, дьяк еще раз внимательно огляделся и направился к лавке перса Аббаса. Холопу приказал остаться у крыльца, а сам, опираясь на плечо горбуна, вошел в душный сумрак увешанной коврами лавки.

– О, какой гость! – выкатился ему навстречу маленький толстый Аббас ар-Рави. – Твое посещение – счастье для меня!

– Ладно, – неласково буркнул Никита Авдеевич. – Показывай товар.

Купец прижал короткопалую руку к сердцу.

– Все самое лучшее для дорогого гостя! – приказал он слугам.

Мгновенно появились китайские шелка, фряжские сукна, английский бархат, хорасанские ковры.

– Здорова ли супруга моего драгоценного гостя? – снизу вверх заглядывая в лицо Бухвостова, почти пропел перс.

– Здоровы, – кольнул его глазами Никита.

Что-то больно говорлив и сладок сегодня Аббас. Чует сердце, не к добру. Но спрашивать его здесь ни о чем нельзя, нужно терпеливо ждать. Ох, кто бы только знал, сколько приходится терпеть ради тайного дела!

– Здоровы, – повторил дьяк. – Девку замуж пора отдавать… Эти шелка, пожалуй, возьму. И голубого бархата кусок. А нет ли у тебя, Аббас, такой парчи, чтобы золотом и серебром на ней были вытканы цветы и диковинные птицы? И еще, – Бухвостов понизил голос, – поторговаться за жемчуг хочу…

– О! – Купец поднял вверх крашенные хной ладони, выражая восхищение вкусом и желаниями гостя.

С поклоном он распахнул дверь во внутренние покои, убранные в восточном стиле.

– Присмотри тут, – приказал Антипе дьяк и, войдя вслед за купцом, плотно притворил за собой дверь.

Теперь можно и о деле поговорить.