Дикое поле

Первый всадник привстал на стременах и громко спросил:

– Что тут происходит? Почему шум? Вы что, оглохли, правоверные? Отвечайте! Я начальник ханской стражи Азис-мурза!..

Глава 4

Сотник Ахмет приехал поздно вечером, когда Азис-мурза уже собирался отойти ко сну после вечерней молитвы. Слуга робко постучал в дверь покоев господина и доложил о прибытии сотника. Мурза недовольно поморщился: вечно этот Ахмет выберет самое неподходящее время. Наверняка опять заявился с какой-нибудь ерундой, лишь бы только показать свое рвение и услужливость: вот, мол, я какой, не знаю ни сна, ни отдыха.

Азис накинул халат и вышел в комнату для гостей, шаркая по коврам домашними туфлями без задников, надетыми на босу ногу. Ахмет был уже там. Он низко поклонился мурзе и начал извиняться, что обеспокоил высокородного в неурочное время, но Азис прервал его:

– Говори короче. В чем дело?

Глаза сотника победно блеснули:

– Я нашел их, высокородный!

Мурза зевнул и недоверчиво посмотрел на подчиненного: опять только зря отнимет время дурацкими россказнями и пустыми домыслами.

К сожалению, это уже не в первый раз.

– Да, да, – подойдя ближе, заверил Ахмет. – Но я счел своим долгом поставить в известность об этом тебя, высокородный, чтобы ты мог сам схватить врагов.

«Неужели он действительно нашел, где спрятались разведчики Паршина? – подумал Азис. – Если так, то понятно, почему он здесь. Испугался! Нет, не чужих клинков и свиста пуль, а гнева хана Гирея.

Хочет, чтобы я взял на себя ответственность, особенно в случае неудачи. А подает все так, будто всей душой ратует о моем благе и желает подарить мне всю славу победителя. Лукавый раб!»

– Ты уверен? – спросил мурза. – Уверен, что нашел? Смотри, я не люблю, когда меня попусту тревожат.

– Нет, все точно, – понизил голос сотник. – Верный человек рассказал мне, что несколько ночей назад по дороге, недалеко от имения Иляс-мурзы, промчался конный отряд.

Всадники остановились у дома греческого купца Спиридона, спешились, а лошадей кто-то погнал дальше.

Азис опустился на подушки и начал массировать пятку левой ноги: ноет – наверно, к непогоде. А насчет всадников, о которых толкует Ахмет…

– Ну и что? – поторопил он сотника. – Мало ли кто ездит по ночам? Почему ты думаешь плохое об уважаемом купце? Я сам часто предпочитаю отправляться в дорогу, когда спадет жара.

– Высокородный не понял меня.