Виктория

– Пап, будь осторожен. Вдруг он окажется очень сильным и не один. Я не могу на это смотреть.

Виктория закрыла глаза, когда отец взялся за ручку платяного шкафа и…

– Вика, не переживай. Там никого нет. Ни единой души. Но если даже кто-то и был в этом темном шкафу, то теперь он трусливо убежал и вряд ли сюда вернется, – сообщил Константин и посмотрел на свою девочку со всей любовью и отцовской лаской. – Они не вернутся, если…

– Если что? – поинтересовалась она, все больше прижимаясь к матери.

– Если ты их сама перестанешь бояться, потому что они питаются твоими страхами.

– Правда?

– Конечно. Когда я тебе обманывал?

– Но пап, – засомневалась Виктория. – Это для меня слишком – не бояться монстров. Я же та еще трусиха! Я темноты-то боюсь!

– Ты смелая. Мы все боимся темноты.

– Мама права, – поддержал Константин жену. – Ты смелая и не должна бояться всякой там нечисти. Если почувствовала невидимого духа, закрой глаза и скажи себе, что его не существует, что он всего лишь иллюзия.

– Я постараюсь их больше не бояться, папочка, – неуверенно заверила Вика. – Надеюсь, они больше не вернуться в мою комнату.

Когда дочь успокоилась, Константин и Мария пожелали Виктории спокойной ночи и вышли из комнаты, разрешив Вики спасть с ночником, если ей все еще немного страшно спать в темноте.

Но как бы она не старалась уснуть, все ее попытки увенчались провалом.

Дверь от шкафа вновь скрипнула.

– Это все неправда! Ты смелая! – говорила она вслух, успокаивая себя. – Посмотри своим кошмаром в лицо. Не будь трусихой!

Она опустила одеяло до носа и начала смотреть на шкаф, в его черное нутро, в котором таилось что-то необъяснимое и жутко страшное.

Ветер свистел за окном все сильнее и сильнее.

Ветка дерева ударила по стеклу.

Вика вздрогнула.

– Кто здесь? – тихо спросила она, трясясь от страха. – Я знаю, здесь кто-то есть! Но послушайте меня, я вас не боюсь. Не боюсь, кто вы бы ни был! Хоть вы будите самым страшным чудовищем во Вселенной, я вас не испугаюсь. Так что уходите из моей комнаты.

Ей никто не отвечал.

– Какая же глупая и пугливая! – ругала себя Виктория.