Амулеты

– Хорошо, – ответили мы и уселись на пожелтевшую траву.

Через пять минут отец пришел с длинными веслами.

– Ну что в путь? – спросил отец, закурив сигарету.

– Конечно, – ответил я.

– Кто первый до лодки, тот и молодец, – закричал Володя.

– Тот будет плохим и не послушным мальчиком, который пойдет обратно домой, – сказал отец. – Здесь резкий обрыв. Можно упасть и не дай Бог пораниться. Я за вас отвечаю. Так что, дети, не торопитесь и спускайтесь как можно аккуратней. Галька с песком имею свойства скользить, особенно по скользкой траве.

– Нет, – возразил я. – Мы с Вовой пойдем первыми.

– И почему же? – спросил отец.

– Потому что нам необходимо обследовать спуск, чтобы удостовериться, что он безопасный. Мы не позволим, чтобы вы упали.

– Сообразительный хитрец. Значит, дерзайте! – ответил папа.

После нескольких напряженных минут спуска к пруду, мы вступили на влажный берег, окаймленный травой и галькой, и подошли к лодке, на дне которой лежали пластиковые бутылки.

Мы отплыли от городских берегов, окруженных вдалеке высокими зданиями, возвышающимися над землей, пронизывающими своими крышами голубое небо. Лодка рассекала воду, сверкающую от солнечных лучиков. Мы плыли к берегам девственной природы, где тишина и покой окутывали тело невидимым одеянием неподдельного счастья, где божественная красота и свежий воздух, без вездесущей гари и смога, помогали почувствовать уединение с природой, от которой мы с каждым годом все больше и больше отдаляемся.

Сейчас, когда я пишу эти строчки из моей больничной палаты, я вижу не то великолепное сине-голубое небо и яркое солнышко, а только бело-серую пелену смога, которая облицовывает весь необъятный небосвод. На улице тяжело дышать, все загазованно. Солнце я уже не видел пару месяцев, хотя сейчас июль месяц. Человек слишком поздно понял, какой урон он несет природе.

– Димка, ты не правильно гребешь веслами, – обратился Вова ко мне. Водные брызги взлетали вверх и словно военные бомбардировщики обстреливали пассажиров в лодке.

– Не учи меня, как надо грести. Я сам справлюсь, – обиженным и протестующим голосом ответил я. – Сам, наверное, не умеешь!

– Я-то как раз умею, в отличие от некоторых бывалых, – ехидничал Вова.

– Молчи в тряпочку!

– Так мальчики, пожалуйста, не спорьте! – сказал отец. – Дима, это что за выражения! Почему такая злоба к напарнику, который, между прочим, прав.