Зеркальный след. Зеркальный человек атакует!

Наверняка, пребывая в блаженстве рая и вкусив запретный нарко плод, в наркотическом полете Ева видела свое юное тело, летящее к лунному свету, – в унисон дополнило картинку мое зеркальное отражение. Что дальше?

– А дальше место преступления.

– Прощай, детка, прощай! Если можешь, прости, – шепчу я, пытаясь заглушить муки совести, увидев направленный на меня застывший ее взгляд через скайп из свой квартиры, понимая, что это моих рук дело.

– Бог простит! Наблюдать смерть всегда жутко, непривычно, даже если и веришь в бессмертие, вечность жизни, писал же Пушкин: «Нет, весь я не умру…» – начало успокаивать меня мое отражение в осколке зеркала.

– Однако, ведь это я дал ей наркоту и разрушил ее мечты, – оправдываюсь я, наблюдая как рассказывает ее мать участникам оперативно следственной группы.

– Дочь не вышла на работу и не отвечала на звонки. Обзвонила друзей, больницы, морги. Ничего!

– Такс! Такс! Такс! Что тут у нас? Убийство? Несчастный случай? Суицид? – обозначил три версии прибывший на место происшествия опытный Полковник, в строгом черном костюме.

– Преступление раскрыто! Нет никаких сомнений – это обычное романтическое самоубийство! – воскликнул опер в клетчатом костюме.

– Ай да Козлов! – похвалил Полковник.

– Смертельная записка! Вот она пишет в социальных сетях: «Во всем прошу винить любовь!»

– Предательство любимого, отчаяние и нежелание жить…. – как то рассудительно согласился Полковник.

– Ура! Я все точно рассчитал и могу спать спокойно, ведь это я выдал убийство за суицид, сочинил записку, уничтожил улики своего присутствия и уверенный, что останусь безнаказанным покинул квартиру.

И вдруг, как гром среди ясного неба. Элегантный сыщик, похожий на киноактера, неожиданно задал ошеломивший всех вопрос:

– Не было ли среди знакомых дочери скользкого типа, крученого, дерганого, стеклянный взгляд, с привычкой прижимать пальцем одну ноздрю и с шумом втягивать воздух через другую?

– Вот уж б… дь, точно обо мне!

– Говорит так, как будто знает! – удивилась мать.

– Точно описал знакомого дочери, фотохудожника со смешной привычкой прижимать пальцем одну ноздрю и с шумом втягивать воздух через другую. Она влюбилась в него по уши, – жаловалась мать, с подозрением глядя на элегантного сыщика.

– Я так и думал! Кто вы, гламурный фотохудожник? – тут же задал вопрос невозмутимо Полковник с улыбкой супермена.