Земля и Черепаха

– Ближайший шлюз – двумя уровнями ниже, по лиловому коридору два раза налево до зала Простейших, а в нём четыре двери – выбирай любую. Только в Запределье они всё равно блокированы, да и в обычное пространство тебе незачем, – отозвался каютный. – Дождись конечного пункта.

– Не поспоришь, придётся дожидаться, – ответил Косых. – Слышь, каютный, а как звать-то тебя? Неудобно как-то к безымянному обращаться.

– Номер 2774, имён не положено, – проговорил невидимый слуга, – но вы можете присвоить мне любую приемлемую для вас форму обращения.

– Вот и хорошо, – обрадовался дядя Вася. – Как бы тебя обозвать попроще? Будешь ты у нас Фима. Не против?

– Имя «Фима» принимается в качестве дополнительного идентификатора каютного высшего класса 2774, – без возражений согласился тот.

– Вот и познакомились! – сказал дядя Вася. А теперь, Фима, расскажи поподробней, чем тут у вас необразованный землянин может себя услаждать неделю. И заодно, что здесь за экипаж?

– Бабуля Флэш, капитан. Чемпион среди престарелых гонщиков-самоубийц, пилот, владелица корабля.

Людоед. Положительно относится к сексуально озабоченному роботу, когда тот не особенно пристаёт. Первый её заместитель – двумерный офицер К?янн – жертва телепортации. Объект особой приязни робота-сексолога, правда, к его неудовольствию, пока безуспешно. Пьёт из бутылки Клейна.

– Знаем-знаем, нечего нам тут лекции по топологии читать, – проговорил Косых, – давай дальше.

– Спившийся псионик, способный к работе только в глубоком опьянении.

Ук-па-Юмонтл Грицацуэль.

– Ну и имечко! Дальше!

– Трив Лопни Башка, Гнилофор. Зелёные псевдогуманоиды. Видел, наверное. Вторые пилоты. Не дураки подраться с местными музыкантами. Пристрастия – ртутные коктейли, порошкообразный тританиум, гексаэтилсвинцовый концентрат. Шарна Урмаан – телепат-штурман. Жуткий лентяй. Ест и пьёт то же, что и двое предыдущих. Ну и Ольга – квартирмейстер. Кстати, можешь за неё порадоваться. Шарна у неё задатки псионика обнаружил, так что без работы не останется.

Это по экипажу.

– А что за музыканты? – спросил Косых.

– Группа исполнителей гипномузыки: Каллидиан Про – ударник на черепах конкурирующих групп. Гитарист Скорпиньето с двугрифовой гитарой-зомби. Одноглазый саксофонист-оса Ча-Чик на костылях, отчаянный дуэлянт, любимое оружие – собственное жало. Кроме слоновидного клавишника Цади все остальные насекомоподобные.

– Да уж, весёлая компания подобралась, – вздохнул Косых.