Земля и Черепаха

– Ясно, ясно, – сквозь зубы проговорил Косых. Для дебилов писано. Этим можно, тем нельзя, но тоже можно. Ладно, где там у вас консоль с разрешением?

Список тут же сменился красным пульсирующим кружком, на котором стояло одно-единственное: «МОЖНО ВСЁ».

– Нет, нам это пока не надо, – прошептал Косых.

Кружок послушно исчез, уступив место всё тому же списку.

Дядя Вася попробовал было начать разбираться с ним, но внезапно список пропал, сознание вернулось в рубку, а перед глазами появилось кресло Бабули и стоящий перед ней навытяжку Сеня.

Стоял он действительно навытяжку – дымная субстанция его призрачного тела медленно истекала к потолку, создавая впечатление, что Сеня испаряется. Собственно, так оно и было на самом деле.

– Нет, какие же они твари! – возмущался Сеня. – Только выбрался на поверхность, даже осмотреться не успел, как тут же попал под раздачу. Хорошо ещё, что только краем заряда зацепило, не то пришлось бы вам нового разведчика посылать.

– Давай о деле, – оборвала его Бабуля.

– О деле. Висят на предельно низкой высоте, – ответил Сеня. Сканирование идёт на всех частотах, притом чудовищно мощное. У меня даже эктоплазма потихоньку растворяться стала, вон, видите, – Сеня указал на плавающие в воздухе клочья его призрачного тела. – Ещё немного, и до нас доберутся. Хорошо, хоть саму Луну ещё не решаются трогать, а то сразу каюк.

– Тронут они её, как же, – усмехнулась Бабуля. За насилие над планетарной собственностью отсталых рас у них сурово карают.

А насчёт эктоплазмы не переживай, получишь орден газообразный. У барина приличная коллекция наград имелась, так что есть чем награждать. Посмертно, разумеется, – хохотнула Бабуля.

Сеня обиженно хмыкнул и взлетел вверх собирать свои клочья.

А Бабуля меж тем продолжала распоряжаться:

– Эй, мохнатый, – обратилась она к Шарне. – Понюхай пространство на предмет врагов. Один этот крейсер или ещё кто-то рядом? Только осторожно, помни, что они тоже нас выискивают.

– Спасибо за предупреждение, – хрюкнул Шарна. – У меня от этого их сканирования уже хвостик облазит. А крейсер один, можно не сомневаться. В такой-то глуши…

– Ну, раз так, давайте выбираться отсюда, – произнесла Бабуля. Нам вроде законы не указ, людская раса объявляется равной, а их собственность – нашей. Трив, Гниль, в машину, спирта не жалеть, потом на Земле ещё наберём. Скорпиньето на контроль защитных экранов, а этого пьяницу сюда, в рубку.