Одной крови

– Именно страх одиночества выделяет и маньяк, убивая разных девушек, сделала вывод уголовный психолог, изучив хронику безумия пухлого уголовного дела, основанного на разнообразных источниках: видеоматериалы, телефонные разговоры жертв, звонки на номер службы 02, свидетельства, полученные из первых рук от друзей и родственников жертв….

– Одинокие сердца! Неужели девушкам во времена интернета, сотовых, социальных сетей, настолько одиноко!? Неужели, маньяк выискивает жертв на сайте знакомств? – сомневается внутренний голос.

– А наше время, сыщики работали без виртуального мира… – сравнил Полковник.

– А отсюда как найти злодея – зарегистрироваться на сайте интернет знакомств. Ну, вы знаете, одинокая женщина желает познакомиться! – дала подсказку уголовный психолог.

– Маньяк – ухажер из всемирной сети?! – откровенно удивился внутренний голос.

– Знать бы только где, ведь место преступления маньяка весь мегаполис…

А что почерк убийцы?

– Учеты указали похожую смерть в прошлом. Почерк убийства совпадает с манерой действий безжалостного убийцы по кличке Черт.

– Значит, есть все же подозреваемый?! – оживился внутренний голос.

– Помню это кровавое дело. Тогда остались следы борьбы в доме, кровь, которую явно пытались стереть. Неужели он вернулся? – вспоминал Полковник.

– Однако в его действиях есть несоответствия. Убийца-психопат все еще отбывает тюремное наказание! – заметил сыщик Правосудов.

– Алиби! Значит, эта версия отпадает, – говорит внутренний голос, понимая, что это не маньяк, а тот, кто работает под маньяка.

– А может, кровный отец  сбежал и без промедления принялся за дело? – с надеждой предположил голос.

– Или все же дурной пример дурной крови заразителен, а значит, появился подражатель? – живо обсуждал версии внутренний голос.

– Мы с тобой одной крови! – зацепился сыщик за потомственную династию.

– Дожились! Магия крови! Это не имеет никакого значения, – артачился Козлов.

– Напряги извилины. Обычно родители обнаруживают совпадающие части себя в своих детях… – начал развивать мысль сыщик.

– А у него дочь. Обычно дети идут по стопам.

– Дочь – девочка подросток, а смертельный удар нанесен профессионально, преступник со специальной подготовкой, – отмел кровную версию внутренний голос.

– И все же в ее жилах течет родительская дурная кровь… – парировал сыщик.

А мотив?

– Каков мотив поступков этого человека? Ведь это не просто рассказ сыщика о расследовании преступлений.