Одной крови

– Но сыщик, узнав о нервном срыве журналистки, уже спешит в психушку. И сыщик не ошибся, злодей действительно искал жертву в психушке.

– Фантазии полоумной! – с иронией посмеялся внутренний голос.

– Разговор сыщика с собой… – лихорадочно работала спасительная писательская мысль, не обращая внимания на иронию второго я.

– Проливной дождь холодной мартовской ночи. Под ногами ощущается грязь, слякоть и неровно уложенный бетон. Единственная воодушевление – «стрессоустойчивая» обувь, пусть и купленная на распродаже.

А полуночный город выглядел зловеще. Сквозь лениво плывущие рваные облака выбивался лунный свет, выхватывающий на листве слово выныривающую из тьмы пространства верхнюю часть бледного лица мертвой девушки, вместе с испачканными в крови длинными волосами. Кажется, ее неподвижные глаза, с осуждением смотрели прямо на безразличную к людским страданиям полную луну.

– На протяжении года почти каждую ночь полнолуния вызывают "на труп". Согласно медицинским заключениям, все преступления совершены одним лицом, из которого следует неутешительный вывод: «В городе орудует ночной маньяк».

– У кого-то явно пробудился аппетит к человеческой плоти… – включился в разговор внутренний голос сыщика.

– Добро и зло! – это то о чем будут думать потерявшие родных и близких.

– Как и монстр, чей растущий аппетит требует удовлетворения, а не рассуждения о том какое горе он приносит в этот мир, – добавил внутренний голос.

– И подобно всем волкам в овечьей шкуре, днем он ничем не отличается от окружающих, пока в ночь полнолуния он не превратится в изощренного убийцу, что приводит в замешательство даже бывалых полицейских.

– Ясно одно – его время полнолуние! – акцентировал внимание сыщика внутренний голос.

– А значит этой ночью, маньяк обязательно выйдет на охоту, – сделал вывод сыщик.

– Журналистка по-прежнему не отвечает на звонки?

– Но Кознева не была бы Козневой, если бы не ее способность оказываться не в то время, не в том месте. Значит, возможно, судьба человека в моих руках. Впереди долгая дорога, но главное успеть.

– Подозрения! – успокаивал внутренний голос.