Улан. Танец на лезвии клинка

А мои заладили как попки – учись, дочка – все предметы важны, поступишь куда-нибудь! Важны-то они важны, вот только я со своими оценками если и поступлю, то именно "Куда-нибудь", – мрачно подытожила она.

Игорь сочувственно похлопал её по плечу, не зная, как ещё можно утешить. Ему и правда повезло с родителями… Нет, идеальными они не были – развелись, когда он был ещё маленьким, да и потом… Но несмотря на все проблемы, с воспитанием они справлялись на отлично – просто не лезли к нему. В детстве родительского внимания недоставало, зато и вырос полностью самостоятельным.

Правда, психолог говорила, что именно из-за недостатка родительского внимания он и стал руфером[1 - Руфер – высотник, то есть тип, который стремится залезть на верхотуру и желательно – с риском для жизни.], стремясь обратить на себя внимание, но очкастой тётке парень не доверял – была она из тех психологов, что занимаются почти исключительно научной, а не прикладной психологией и потому несла порой такое… В общем, ботанка.

Отсутствие ли внимания или что-то ещё, но Игорь вырос очень самостоятельным и уже в двенадцать лет чётко понимал, что заниматься будет компьютерным дизайном. Ну да – есть профессии и поинтересней, но честно говоря – немного. Хотелось бы, конечно, стать звездой спорта, актёром или кем-то в том же духе, но не слишком. Дизайн ему нравился, да и получалось – настолько, что к четырнадцати годам он стал подрабатывать, а к настоящему моменту – зарабатывал побольше, чем родители у большинства одноклассников, ну а с полгода назад всё стало настолько серьёзно, что поступило предложение учиться в университете Мадрида.

Да, здесь немного помог отчим, но… Пару месяцев назад пришло приглашение и из Сорбонны, так что… Греет душу, греет – он всё-таки живой человек и тщеславие ему не чуждо.

– Круто, в Мадриде будешь учиться, – прервал раздумья голос Льва. Игорь не любил его и потому ответил с некоторым пафосом:

– Да может и не в Мадриде, а в Сорбонне – оттуда тоже пришло. Ну или поучусь в одном, переведусь в другой.

Лев пошёл пятнами, но пытался мило улыбаться – зря. В школе его не любили – не за то, что бы евреем, таких здесь хватало и откровенно говоря, мало кого это волновало. Не любили его за то, что парень был откровенно подловат, то и дело пытаясь подставить кого-то. Но вот ума не хватало, он регулярно попадался – и тогда Лев начинал размахивать своим еврейством как знаменем, пытаясь выставить недоброжелателей антисемитами.