Дети Революции

Стараясь сделать эти движения естественными, не нервируя поддерживающих его борцов, Алекс сунул руку в карман брюк, нащупал через прорезь прикреплённый в паху дерринджер и осторожно вытащил, взводя курок. Затем он оступился, наваливаясь всем весом на Труса-Олава и стреляя в бедро богатырю.

Оттолкнувшись, попаданец зацепил Труса конечностями и повалился в партер. Используя эффект неожиданности, несколько раз ударил того головой об утоптанную землю и тут же вскочил, выхватывая спрятанный в ремне короткий, не очень-то удобный тычковый кинжал.

Лорд с телохранителем полезли за револьверами в карманах сюртука – медленно, очень медленно на взгляд человека, участвовавшего в скоротечных городских перестрелках. Генерал упал, и перекатился за тяжело стонущего Бывалого, в которого тут же вонзились две револьверные пули.

Сдвоенные выстрелы прогремели и с другой стороны, после чего куратор с телохранителем схватились за простреленные плечи, роняя оружие.

– Стоять! – Скомандовал Фокадан дёрнувшемуся Балбесу, и тот послушно остановился, изменившись в лице.

– Не советую сопротивляться, – прозвучал голос Конноли, подходящего с коротким винчестером, – стрелять буду в колени. Охота остаться инвалидом – только дёрнитесь. Степанов прибыл минуту спустя, вместе с полицией и представителями посольства.

– Сэр Джадсон, – начал русский дипломат, обращаясь куратору, – какая встреча! Не ожидал, что представитель английской дипломатии будет якшаться с такими уголовниками!

– С уголовниками якшался вон тот тип, – невозмутимо сказал Джадсон, указывая на Фокадана, – я здесь гулял.

– Что вы, что вы, – с видом оскорблённого в лучших чувствах человека сказал Степанов, – вы должны ответить перед законом!

* * *

Вечером, после утомительных процедур в полиции и жандармерии, Фокадан вернулся в снимаемый особнячок предельно усталый, но спокойный. Ситуация с покушением разрешилась наилучшим образом – английский дипломат не самого низкого ранга попался с поличным, перед десятком свидетелей пытаясь убить человека.

Скорее всего, выкрутится – формально Алекс первый начал стрельбу, пусть и не в англичанина. Тем не менее, у властей Дании появился повод для целого ряда действий, да и показания подельников прозвучали. Начались обыски, аресты, писались грозные письма и дипломатические ноты[21 - Официальное дипломатическое обращение правительства одного государства к правительству другой страны.