Второй расцвет Ануриса. Книга первая

Если же первым погибало дерево, не важно по какой причине, то у его хозяйки так же оставались максимум две недели жизни. Без вариантов. Каким образом мог появиться такой странный симбиоз, я не имел ни малейшего понятия, но факт оставался фактом. Видимо имел место какой-то своеобразный взаимообмен биоэнергетикой. А может быть и не только он. Здесь Эзарил в подробности углубляться не стал. Но в этой бочке дёгтя была и ложка мёда – организм эльфийки не старился до тех пор, пока было живо дерево, а деревья данного вида меньше пятисот лет не жили в принципе.

Королевские же подвиды легко дотягивали до тысячи и более. При всём, при этом мужчины – эльфы очень редко, когда могли дожить до двухсот лет.

Весьма занятный казус у эльфов вырисовывался и в плане демографии. В процентном соотношении количество женщин относительно мужчин у них было значительно ниже, чем, например, среди людей. И дети у них рождались тоже существенно реже. В итоге вся демография держалась исключительно за счёт женского долголетия. Неудивительно, что у эльфов сложился целый культ женщины и, как следствие полиандрия считалась классической формой брака.

Эльфы имели развитое сельское хозяйство, представленное преимущественно плодово-ягодным садоводством и животноводством, а также обладали весьма высокотехнологичным (для местного уровня) и максимально экологичным производством. В глубинах Эльфиорана скрывалось от посторонних глаз множество мастерских по обработке металла, дерева, кожи, тканей и камня.

Уровень развития науки (особенно в области селекции растительных и животных организмов) и магии (по крайней мере, в некоторых направлениях) считался недостижимым для остальных рас.

А произведения эльфийского искусства, в частности живопись, ювелирные изделия, предметы одежды и интерьера стоили баснословных денег.

Наконец Эзарил выдохся и под предлогом необходимости сделать перевязку отправился в свой шатёр. Я ещё раз пожелал ему скорейшего выздоровления и выразил надежду повторить в будущем преинтереснейшую беседу.

Охотник кивнул и ушёл, а мне осталось только сидеть в своей клетке и тихо материться на русском языке из-за невозможности сделать конспект эльфийских откровений.

Это же абсолютно неизвестная и чуждая человеку цивилизация, а весь массив данных по ней я вынужден держать в таком ненадёжном хранилище, как человеческая память.

Ещё через пару часов, уложив кое-как в голове новую информацию, я решил продолжить тренировки транса, чем и занимался, с перерывами до самого вечера.