Улан. Наследие предков

– И всё равно я не согласен с Суворовым, – ворчливо сказал Румянцев, – всё правильно, конечно, но его система ориентирована на людей отборных. А куда девать новобранцев, да немолодых солдат? Да и просто – не все обладают подобной выносливостью… А уж должным образом обеспечить припасами таких вот молодцев… Да за ними же ни одна повозка не поспеет!

Заметив, что Суворов собирается что-то брякнуть, Грифич поспешил вмешаться в беседу…

– Господа, так и спора-то, по сути, нет. МетОда Суворова рассчитана на… Экспедиционный корпус, если хотите.

– Просто стоит задуматься – не поделить ли нам войска по рангам? К примеру – есть этакий Экспедиционный корпус, где служат отборные вояки. Есть войска… Ну, пусть будет – второй линии, где служит основная масса. И есть – войска гарнизонные, куда собирать ветеранов всевозможных, которые не могут уже по возрасту и увечью служить в полной мере. И к ним – молодых солдат, которые только-только обучение прошли.

– Спорно, – со скепсисом сказал Миних, – но здравое зерно есть, стоит обсудить.

В конце августа Грифич отправился в очередной "отпуск" – Вольгаст и Рюген время от времени нуждались в своём повелители. Так что два раза в год Владимир садился на корабль и отправлялся в путь. И кстати – свой собственный корабль.

Не яхту – увы и ах, но на такое транжирство он не мог пойти, но – один из собственных грузопассажирских кораблей, курсирующих по Балтике.

Путь не самый дальний, так что супруга решила отправится с ним – повидать, что же за владения у благоверного. Поскольку от качки они не страдали, то путешествие прошло достаточно интересно. Не в постели (хотя было, было)), просто Грифич, как достаточно опытный морской волк/яхтсмен рассказывал Наталье о корабле и море, о истории мореплавания…

Спасибо интернету – интересных фактов в своё время попаданец нахватался в достаточном количестве, так что некоторые из них даже опытных моряков заставляли потеть.

– Так значит, ты знаешь, где Золотой Галеон затонул? – неверяще спрашивает проверенный капитан.

– Чего ж не знать, – суховато усмехается князь, – знаю. Другое дело, что толку от этого знания мало – глубоко лежит.