Отрочество 2

– Пф! Контрабандой! – отмахнулся Сэмен Васильевич, – Поедете таки со всеми удобствами третьим классом, где надо – вылезете, и ой! Я таки в тесном трюме зайцем туды-сюды добрался! А шо с братьями и друзьями на одном пароходе, так то совпадение!

– Не придерутся? – с опаской, и как выяснилось – за мине, поинтересовался Мишка, – Скажут, што это… соучастие.

– Не-а! – отозвался я тоном знатока, – Тот случай, когда все всё понимают, но хрена с два докажут!

– Ну, раз так, – брат успокоился совершенно, развеселившись, – то вроде как в трюме поеду!

* * *

По случаю хорошей для осени погоды стол накрыли на веранде.

Большое, во всех смыслах большое еврейское семейство расселось по своим местам в ожидании трапезы. Ёрзая и поводя носами, они ждали, не смея поторопить хозяйку. Наконец, в центр стола встала увесистая кастрюля, и дюймовые доски скрипнули жалостливо под нешутошной тяжестью.

В миски, больше напоминающие не слишком глубокие тазы для варенья, мать семейства разлила щедрые порции до самого верха, и садик наполнился звуками работающих челюстей, способных в равной степени перемолоть яблоко и бараньи рёбрышки. Без заминки!

– Саню в городе видели, – сосредоточенно работая челюстями, сообщил Самуил, первым закончив со своей порцией, и протянув матери миску за добавкой.

– Это которово? – оторвавшись от рагу и подвинув поближе плетёную тарелку с нарезанным хлебом, вяло поинтересовался отец семейства, габаритами и волосатостью похожий на слегка вылинявшего медведя, – У тебя дружков пол Одессы, и Санек среди них не один десяток.

– Который Рувим-вот-те-крест, – отозвался за брата Товия, протягивая матери тарелку за добавкой, – в Африку с братом едут.

– Зачем? – поинтересовалась мелкая Далия. Впрочем, как мелкая… по возрасту да, а так – вся в папу!

– За алмазами и приключениями, – отозвался десятилетний Натан, поглядев на сестру с видом полного превосходства.

– Егор, – не прекращая жевать, отозвался Самуил, – ну… который Шломо и Еврейский Зять…

– Да мы таки поняли, – пробасила мать, заинтересованно прижав к объёмистой груди объёмистую кастрюлю, не замечая её веса, – ты дальше говори!

– Егор как обычно – вляпался куда-то…

– В политику! – поправил ево брат, – Императора повесил!

– Да ну! – ахнула мать, приготовившись слушать.