Детство

Хорошие люди!

– Вот што, малец, – Дяденька Волк подсел поближе, – Оставить у себя мы тя не можем… не реви! Опасно у нас, да не дело детям с каторгой водиться. Но присматривать будем!

Я заулыбался, здорово-то как! Ясно-понятно, что у них свои, взрослые дела. Энти… где винище и табак с бабами. Всё уже здеся, только баб покудова не хватает. Но присматривать будут!

– А што преступник ты, – Хриплый дяденька развеселился неожиданно, – так то не боись! Настоящие преступники-то вот они, перед тобой.

– Разбойники? – Пялюся на них, открыв рот, – Самонастоящие?! Как Чуркин[34 - Гуслицкий Робин Гуд.

Ярким персонажем преступного мира в 19 веке стал Василий Васильевич Чуркин.]?!

«– Гоблины», – Проснулся Тот-кто-внутри, – «что на морды, что по месту обитания».

– А то! – И все засмеялись, – Ну как, не боишься?

– Неа. А должен?

– Какой прэлэстный наив, – Сказал хриплый немного гундосо и все снова засмеялись.

– Будя, – Успокоил смешки дяденька Волк, – сами слышали, мальчонка мене года назад память потерял, почитай заново живёт.

В таком разе мал-мала с придурью быть позволительно. Оклемается ишшо.

– Да и не нужен кулачному бойцу развитый интеллект, – Последнее слово хриплый дядька снова произнёс гундосо, – а нужны развитые инстинкты крепкие кулаки. Ну и каменная башка.

Все снова засмеялися и я понял – надо мной! Пущай. Пока пряниками кормят и чаем поят, хоть обсмеются все. Да и ясно-понятно, что не со зла они, а просто весело людям.

Снова говорили непонятно, смеялися, куда-то выходили и заходили.

Потом надарили кучу вещей – шапку почти новую, на вате, тулупчик всего-то с двумя заплатами – как раз на вырост, да рубаху новую. Правда, большую, но то ничего! Большая, она не маленькая! А што ниже колен, так оно и ничего.

– С нами опасно, – Ещё раз сказал дяденька Волк, – так что отведём тебя к землякам твоим костромским. Они здеся на заработках, ну и ты при них ночевать.

– А заходить к вам можно? – Вздыхаю.

– К нам? – Дяденька Волк оглянулся, – Мы тебя сами навещать будем.

Иногда.

– Уговор?

– Уговор, – Он серьёзно, как взрослому, жмёт руку.

Придерживая меня за плечо, вывели и как начали блудить по подземью! Вот ей-ей, нарочно путают! Оно хучь и не видно почти ни хренинушки, а память у меня хорошая – забожиться могу, что по некоторым местам несколько раз прошли.

Вышли наконец в нормальный колидор, каменный и с оконцами, для тепла забитыми. Спустились, поднялись, снова спустились.