Собиратель Сухоруков

Ну, в крайнем случае, можно попытаться бежать. При равных столкновениях допускались толкания щитами, руками и ногами. Во избежание, у всех воинов отобрали реальное оружие и снабдили палками: длинными, короткими, тонкими и толстыми.

Золотых я обозвал горными, черных – низинными. Вторым велел идти по берегу Серой Воды и, как свечереет – обустроить лагерь. С естественными укреплениями, стражей. А первые должны были уйти в горы – также на день пути. Задача у подопечных Глыбы была – найти и захватить лагерь низинных. Соответственно, люди Хвоста старались этого не допустить.

– Черный Хвост, говори, – обратился я к другу, когда мы, наконец, уселись в стороне от бесячей раковины.

– Да что уж тут говорить… – вздохнул лидер проигравшей стороны.

– А вот всё подробно и говори! – нахмурился я. – Ты командир или кто?

Хвост кивнул. Непонятно, правда, с чем он согласился.

– Переход прошли хорошо: никто не отстал, всё время впереди дозоры ходили. Лагерь надежный у нас был – ты сам видел, владыка!

Я кивнул.

– Потом я разослал к горам людей, за ночь они нашли три удобных перевала, по которым зол… горные могли подойти к лагерю. Значит, либо оттуда придут, либо вдоль берега. Я на каждый перевал отправил дозор – чтобы предупредили о враге. Собрали сигнальные костры и держались наготове. В лагере оставил пятерку воинов, а с остальными прошел к востоку.

– Зачем?

– Там место удобное: высотка и видно далеко на все стороны.

– А почему решил в лагере не обороняться?

Хвост молчал. Конечно, у него был ответ. Но он прекрасно помнил, чему я его учил и понимал, что это неправильный ответ. Черные не хотели выглядеть трусами и отсиживаться в лагере. Моя стража презирала их, упорно не желала считать настоящими воинами, поэтому бойцы Хвоста из кожи вон лезли, чтобы доказать обратное. Но, исходя из того, чему я его учил, это было проявлением слабости.

– Ладно, – поберёг я остатки самолюбия проигравшего. – Что было потом?

– Потом появился сигнал. Сразу с двух перевалов. Я пошел к ним поближе, но горные оказались уже в лагере. Я надеялся, что оставленная там пятерка продержится до нашего подхода… Однако, не вышло.

– Ясно… Слово горным.

Глыба уже поуспокоился и обрел прежнюю невозмутимость.