Русь Чёрная – 1. Темноводье

Ну как? Выручил? Столько рук умелых, столько сабель вострых да пищалей снаряженных!

– Выручил, Дмитрий Иванович, – поклонился Кузнец, привстав.

– Плохо ты кланяешься, Онушка, – нахмурился московский гость. – Вроде и низко, а будто кость обсосанную с миски кидаешь… Ладнова, мне твоих костей недолго едать. Второе! И дело это тоже Ярофейке поручено было, а он, подлец, не сполнил! Тренька, ты ведь должен был идти в земли богдойцев послом и убедить их хана замириться и давать ясак государю.

Чечигин, который было расслабился от долгого чужого разговора, резко вскочил и принялся мять шапку руками.

– Так, господине…

– А почто не ходил? – Третьяк опустил глаза и молчал.

– Да как же идти, Дмитрий Иванович! – влез Кузнец. – С прошлой зимы они на нас войною ходят. И воев у богдойского хана, говорят, тыщи. Ентими тыщами Шамшакан ихней уже Никанскую землю почти под руку взял. А та Никанская земля – это сорок городов, а людей тамо тьма. Ну, как таких объясачить?

– Ну, хорошо. Почему посол тут на дощаниках валяется, а не к хану на поклон идет?

– Война ж, – поник Онуфрий.

– Вот войну с богдойцами прекратить и надо! – стукнул дворянин кулаком по столу. – Передать их хану, что русский царь-батюшка могуч, что держава его велика. Что желает он мира и торговли. Ясно?!

– Ясно, – спокойно ответил Чечигин.

– Тогда соберешь воев надежных пяток – и двинешь на Шунгал-реку. Грамоты нужные и дары хану я тебе дам.

Зиновьев повернулся к своим писчикам, отдавая распоряжения.

– Тренька, возьмешь с собой Протаса, – жарко зашептал Чечигину Кузнец. – Он лучшей всех тропы тайные находит… Только с чертьми теми не рискуй – жарко станет, сразу на Амур возвращайтесь…

Третьяк ответить не успел – Зиновьев уже уставился на шептунов из-под нахмуренных бровей.

– Что еще?

– Не гневись, Дмитрий Иванович… Но дозволь узнать: а что с Хабаровым?

Глава 4

Год 162.

– Об тате этом печешься?! – Зиновьев тут же разозлился пуще прежнего. – На Москву свезу вора-Ярофейку! Там его дьяки мудрые судить будут. Со мной поедут Поляков с Москвитиным, чтобы живым словом челобитную подтвердить. А еще толмачей и аманатов заберу… Кстати, начеркай мне имена их, дабы не забыть.

– Всех? – тихо уточнил приказной.