Познай вкус крови… Когда-нибудь и твой мир рухнет

– Что, до сих пор не можешь запомнить? – с легкой усмешкой произнесла девушка продолжая заряжать своё табельное оружие.

– Да, есть немного. Порой мне кажется, что ты знаешь меня лучше чем я сама, – говорю чуть слышно, чтобы не мешать. Глупые слова и слишком самоуверенные.

– Тогда запоминай визуально. С этим у тебя проблем точно нет, – Pandora улыбается мне и я невольно улыбаюсь ей сама. Она такая простая и понимающая с теми, кто умеет ждать.

– Ладно, ты пока доделывай работу, а мне нужно наших проверить, – она встает моментально, с пол прыжка устремляясь в сторону офицерского жилого отсека, оставляя меня один на один с моим оружием.

На корабль мы прибывали в разное время, и до меня было много новичков, которые не выдержали испытание временем. Глава станции, Странник, теперь редко выходил на связь с нами, после того, как корабль был поврежден при столкновении со спутником, а мы стали свидетелями бойни за право остаться на оснащенной стороне корабля. А когда все же ему удавалось наладить связь, то только лишь с Pandora, и это породило немало слухов, оставляя нас, офицерский состав, на растерзание толпе, руководствующейся лишь чьими-то лживыми предположениями.

Обычные люди, те ученые, которых мы охраняли, практически потеряли рассудок, устраивая каждодневные собрания и перемывая кости нам – отряду, который должен был стать опорой и гарантом того, что их жизням не угрожает ничего из того, что мы все уже пережили. Иногда, совершая обход, я слышу их шепот, и то, что они говорят о нас – ужасно, но наличие оружия дает мне уверенность в том, что эти, теперь уже недолюди, не смогут с нами ничего сотворить.

Зачастую такие обходы заканчиваются сменой караульного. Без официоза и обрядовой составляющей, ведь так намного проще. В такие моменты, когда моя служба уже закончилась, а до спального отсека еще метров двести, в голову приходят разные мысли, и сожаления о действиях, которые я могла совершить, но так и не сделала тогда.

Это случилось год и двадцать восемь дней назад, в тот момент, когда я только прибыла на корабль в месте с сопровождающим. Этот безликий, совершенно серый человек не оставил в моей памяти ничего, и иногда мне казалось, что на станцию я прибыла сама, а затем и на корабль.