Путь Шамана. Все только начинается

Эти трое могут посещать Альтамеду. Но остальные, как тот же Архидемон, который пришел на защиту нашего портального демона, должны иметь доступ в замок только по согласованию с тобой. Слушаю!

– Чтобы у меня был полный доступ на управление, в замке необходимо поселить минимум трех домовых, лучше пять, и назначить каждому из них свою территорию для охраны. Только эти существа могут блокировать посещения своей территории посторонними сущностями уровня Предвестник или бог, но…

Пока Вилтрас говорил, я уже ковырялся в настройках замка, отыскивая домовых.

– Но это сделать сейчас невозможно, – продолжил виноватым голосом Вилтрас. – Ваша супруга принесла на хранение в замок четыре альганцетры, а домовые очень негативно относятся к этому металлу и отказываются приходить в замок, в котором она хранится.

Кнопка найма домовых, представляющих собой небольших лохматых существ неопределенного пола, одетых в красную рубаху, была неактивной.

– Что такое альганхрень? – спросил я у гоблина.

– Минерал, добываемый глубоко в Эльме. Используется в Алхимии. Очень токсичный и распространяет специфический запах, который не переносят домовые.

– Этот минерал находится где-то в замке? Или на складе?

– В замке, в личной комнате Анастарии. Она принесла туда сундук, поставила его в самом центре и запретила мне его касаться.

– Понятно. Что ж, пойдем, посмотрим, что за минерал такой, – предложил я, вставая со своего любимого кресла.

– Хозяин, – вновь пискнул Вилтрас, виновато посмотрев на меня. – Это невозможно.

– Что значит – невозможно? – от удивления я даже уселся обратно на кресло. – У тебя полный доступ ко всему замку, я – владелец замка. Что может быть невозможно для нас двоих в Альтамеде?

– Личная комната госпожи Анастарии, как и господина Плинто, – это пространство, в которое вы не имеете права войти без их сопровождения.

– ЧТО?! Где это написано? Кто установил такие правила? Я являюсь владельцем Альтамеды, и только мне решать, кому можно, а кому нельзя входить в комнаты! Показывай!

Гоблин собирался что-то пищать в свое оправдание и о необходимости соблюдения правил и прав частной собственности, однако я его уже не слушал.