Тайна пролива «Врата скорби». Том третий

И так далее – пока не получим нужной толщины. Хоть целый метр! Или больше…

– Здорово! – тут же попытался поверить в предложение командира Никитин, – а вы, товарищ полковник, сумеете «объяснить» пластмассе, как это делать – расти без перерыва, образуя монолит с заданными свойствами.

– Попытаюсь, Анатолий, – рассмеялся полковник, – тебя же вот научил вести научные дискуссии без мата и размахивания руками. А замечание твое исключительно своевременное и точное. Прежде, чем попытаться «командовать» пластмассой, надо эту саму команду продумать.

А если конкретней – очертить круг тех «плюшек», которыми будет наделен купол. Наружный слой понятно – защита; от всего возможного, и невозможного. Прочность, отпугивающие свойства…

– Еще и солнечная батарея, – влез в разговор комендант, – это же представьте только – миллион квадратных метров аккумулирующей поверхности… да еще при таком солнце!

– Торговать ей будешь? – тут же повернулся к нему Никитин, – не лопни от жадности.

– Запас лишним не бывает, – Ильин тоже не обиделся на тракториста; на него давно уже никто не обижался – понимали, что излишняя горячность парня проистекает от искреннего желания быть полезным обществу.

– В общем, так, – подвел черту Кудрявцев, – испытания откладываем до завтрашнего утра. Сейчас по расписанию обед. Зинаида Сергеевна (он нашел взглядом главную повариху города) обещала сегодня изумительные отбивные из овец… из местных овец, летающих, и… ну, это к аппетиту никакого отношения не имеет.

Как оказалось, их мясо ничем не отличается от обычной баранины. И что-то подсказывает мне, Александр Леонидович (теперь под его взглядом застыл Хохол), что скоро ты будешь угощать нас местным молоком.

Его голос построжел; стальные командирские нотки согнали улыбки с многих лиц, и заставили вытянуться в струнку всех; даже вальяжных от поздней беременности Оксану, Бэйлу и Таню-Тамару.

– А теперь задание для всех. Думаем, вспоминаем, мечтаем…

– О чем, Саша, – дотронулась до его рукава Оксана.

– О том, каким ты хотела бы видеть все вокруг, – Александр Николаевич приобнял жену за плечи, и обвел рукой пространство, на которое солнце продолжало изливать гигантское количество злой энергии, – все – температуру, влажность, общую атмосферу… Может, что-то с Земли, с нашего прошлого… или будущего…

Следующим утром – по календарю города четырнадцатого сентября первого года – свободного места в мастерской практически не было.