Тайна пролива «Врата скорби». Том третий

Коля (или Дима) все же оказался на своем месте – мягко и бережно, как обычно, а Кудрявцева с видимой обидой на лице повернулась к мужу: «А мы?!».

– А они? – ответил вопросом на вопрос Александр Николаевич, так же бережно подхватывая на руки Диму (или Колю).

Скандал, который явно собирались учинить своим половинкам воинственные мамаши, так и не разразился. Но только после того, как командир торжественно пообещал – в следующий рейд; в крайнем случае – через один – разведгруппа отправится в полном составе.

– Только вот когда он начнется, этот следующий рейд? – читалось в глазах Кудрявцева.

Алексей Александрович не был бы столь категоричным; больше того – предполагал, что в этом мире, полном неожиданностей, загадывать наперед нельзя. Даже на несколько минут. Пока же экспедиция тронулась в рейд точно по графику – в восемь ноль-ноль третьего ноября первого года. «Варяг» гудел двигателями обиженно – так казалось профессору Романову. Не удивительно – грозного бойца в этом рейде превратили еще и в тягач.

– Чего там только нет, – неторопливо размышлял профессор, сидевший между товарищами – командиром и Никитиным, рулившим этим автопоездом, – в том числе и страшный груз, от которого, наконец, избавился город.

Действительно, в огромном фургоне, в отдельных отсеках, лежали в бесконечной коме шесть преступников. Ни у кого из горожан не поднялась рука отправить их в степь, на медленную смерть – так предложил поступить с шестеркой вождь русов. И профессор видел; скорее, чувствовал – командир колеблется, ждет какого-нибудь сигнала. И, очевидно, получил его. Потому что все разговоры о судьбе арестованных резко прерывал – первые два дня. А потом они сами прекратились; после такой явной демонстрации.

И вот теперь профессор, и, конечно же, Анатолий, надеялись услышать объяснения. Но командир первым задал свой вопрос. И повторил его:

– Ну, и что мы имеем?

– Да, что мы имеем, товарищ полковник? – переспросил Никитин, явно намекая на то, что командиру есть чем поделиться с товарищами.

– Прежде всего, конечно, тем, зачем мы везем с собой преступников? – добавил про себя Романов.

Но полковник Кудрявцев предложил другой вариант беседы.