Волшебник по залету. Книга четвертая: Копи Одинокой горы

– Не знаю, какая ты Мира, – проворчал он, вернувшись взглядом к альве, – но держать вас вот тут, на пороге, не дело. Входите, гости.

Он сделал шаг вперед и в сторону, увлекая за собой Дауда, и открыл, наконец, дверь. Куда первыми скользнули двое четырехруких, вблизи оказавшиеся весьма крупными разумными.

– Не такими, конечно, как Гора Банг, – стрельнул он глазами в сторону здоровяка, так поразившего его и Дауда сходством с главой сквайда, – но не хотел бы я попасть под горячую руку одного из них.

А парень, тем временем, повернулся к своим людям. Точнее, дарфам, оркусам и тому самому здоровяку.

– Прогуляйтесь пока, – разрешил он, – по магазинам пройдитесь; на рынок сходите. Тут ведь есть рынок (он не повернулся, но Мирт кивнул – в уверенности, что парень, маг, этот кивок как-то прочувствует)? Ну, вот – есть. Ах, да – денег у вас, наверное, нет?

Внизу все дружно замотали головами. А юный маг продолжил:

– Ну, золота вам давать не буду – отберут еще, – и сам засмеялся шутке; наверное, представил, как будут отбирать монеты у здоровяка, – где-то у меня серебро завалялось.

Он протянул вперед руки, с открытыми кверху ладонями, и на них появились мешочки; даже мешки, размерами так с его собственную голову.

– Иван, Каран – держите.

Бросок, и мешки – явно тяжелые, набитые туго, под завязку – сменили владельца. Один оказался в руках здоровяка, второй – у самого крупного из дарфов.

– Да, – добавил в спины уже повернувшейся команды маг, – кто-нибудь возьмите с собой пацанов – Ванна с командой.

На эти странные слова вытаращил глаза даже здоровяк, Иван, он же Ваня, к которому они и были обращены. А маг засмеялся, явно забавляясь этой сценкой, а потом пояснил:

– Трофеи пойдем собирать. Законные.

– Трофеи – это хорошо, – прогудел гигант, опять показывая, что к писклявоголосому Горе Бангу не имеет никакого отношения, – будем здесь ровно через два tchasa.

И он тоже застыл, разглядывая перед собой невидимое.

– Вот и хорошо! – кивнул ему Олег, и вошел все таки внутрь трактира; и тут же заявил, остановившись на пороге, – а впрочем, ничего хорошего.

Дядюшка Мирт, шагнувший вслед за ним, а потом в сторону – чтобы не снести собой некрупное тело мага – обиделся.