Банкир. Клан «Восточный банк»

Гораздо сильнее поразило Александра, и заставило застыть в ступоре выражение этих лиц. Точно такое же он видел вокруг себя каждый день, с девяти утра до шести вечера; то есть полный рабочий день. И такое же выражение росло и развивалось в физиономии, которую он сам видел в последнее время в зеркале. Это были внешне очень доброжелательные, а на самом деле хищные и предвкушающие улыбки профессиональных менеджеров, вышедших на охотничью тропу. В тот момент, когда на нее же ступила нога жертвы. То есть потенциального клиента.

– То есть меня, – не менее хищно, но не так откровенно усмехнулся Александр.

Пацанята, видимо, что-то почуяли. Оказавшись на земле (точнее, на горячей пыли), они явно были готовы задать стрекача. Но пара слов, которыми они перекинулись, и которые не принесли ему ничего в плане информации, поскольку ни одного из них Саша не понял, заставили их протянуть в его сторону сразу четыре руки. Протянуть так резко, что он едва сам не отпрыгнул подальше от сумки, мазнувшей его по лицу удивительно прохладным дуновением воздуха, и ставшей почти родной вязью букв из бисера.

Александр все же сделал шаг назад, чтобы прочесть надпись на сумке, повисшей в четырех зеленых ладонях. И, уже ничему не удивляясь, прочитал вслух, по слогам: «Сумка последнего шанса». А ниже более мелким, заставлявшим удивиться и восхититься мастерством неведомой вышивальщицы, было добавлено – скромно, и одновременно вызывающе – «От Армани».

– Однако, – пробормотал парень, принимая предмет торга (ничем иным эта сумка сейчас быть не могла) в руки.

Потрепанная временем и руками (лапами) ее прежних владельцев, кожа была на удивление приятной на ощупь. Даже складывалось впечатление, что она уже давно принадлежала Александру, и что именно с ней он каждое утро заходил в офис родного банка, и что…

Представив себе эту картинку, эту сумку, лямку, накинутую на его специально пошитый костюмчик… парень согнал с лица мечтательную улыбку, и опять представив на месте собственной физиономии полуторный силикатный кирпич, процедил сквозь зубы, среди которых было лишь (!) четыре клыка:

– И сколько вы за эту рвань просите?

В том же самом дальнем уголке сознания, который он обнаружил в собственной голове минутой раньше, прозвучал другой вопрос: «А на кой хрен тебе эта сумка вообще нужна? И чем ты собираешься рассчитываться?».

Но первую часть вопроса тут же перебили громкие вопли двух малолетних продавцов, в которых Александр опять не понял ни слова.