Банкир. Клан «Восточный банк»

– Почему троллем? – задал себе вопрос Александр; и сам же ответил на него, вспомнив вывеску над входом в трактир.

Теперь он мог перевести ее на русский; даже без разговорника: «У веселого тролля».

– Это ты что ли веселый тролль? – задал он вопрос, заставивший хозяина стряхнуть с себя оцепенение.

– Я это, я, – хрипло ответил трактирщик, – Зай из клана Полуденных Троллей.

– Ну, а я Александр, – ответил на его безмолвный вопрос парень, – из клана… банкиров.

– Не слышал, – буркнул хозяин, начавший сортировать невеликую кучку монет столбиками.

– А уж как я не слышал про твой клан… и всех остальных троллей, вместе с Боблами и Гоблами впридачу! – воскликнул Саша про себя, – но есть от этого почему-то меньше не хочется.

Тролль между тем закончил сортировать наличность, проигнорировав бумажные деньги, и перешел к карточкам. Денег там было, конечно же, куда как больше, чем жалкая кучка монет, но… никаких считывающих устройств типа банкоматов в наличии не было.

– Нет, не осилю, – пояснил он, подвигая карточки к парню, – а за это… три дня (так Александр перевел для себя незнакомый набор букв) постоя. Отдельная комната с удобствами и харчи. Трехразовое питание.

– Неделя, – Саша тут же подвинул к себе пятидесятикопеечную монету, которую тролль, в отличие от остальных, отложил подальше от человека.

Единственное, что отличало эту монетку от остальных, более ценных для любого, разбирающегося в них, был отштампованный Георгий Победоносец, поражавший Змея длинным копьем. Все остальные были «украшены» двуглавыми орлами.

– Это как? – не понял тролль.

Саша не дал его глазам опять превратиться в блюдца с огромными зрачками; быстро пояснил:

– Семь дней!

Тролль покряхтел, и выдавил из себя:

– Четыре… но до полудня чтобы освободил комнату.

– Восемь, – невозмутимо предложил Александр, убирая подальше заветную монетку.

– Это как? – чуть не подавился трактирщик, – так не торгуются! Это не по правилам!

– Правила?! – наигранно удивился Саша, – ты будешь учить меня правилам?!

И он постучал для убедительности по бейджику на лацкане; по собственной физиономии на нем.

Трактирщик, казалось, вобрал в свою мощную грудь весь свободный воздух из зала.