Дома мы не нужны. Книга седьмая. И все-таки она вертится!

Анатолий махнул в сторону далекой толпы аборигенов, среди которых были вполне различимы мелкие детские фигурки. Толпа, кстати, зашевелилась; скорее всего, люди там заметили летающий город.

– Хорошо, – лицо полковника тоже покинула улыбка, – а если я скажу, что эти летающие убийцы сослужат нам хорошую службу?

– Тогда да! – тут же изменил свое отношение к «птичкам» Анатолий; он прежде остальных понял, что командира сейчас озарило очередным предвидением, – только… надо бы на них «уздечку» покрепче накинуть.

– Уже накинул, – опять улыбнулся командир, – не вырвутся. Пусть пока подождут.

Теперь Никитин сравнил бы хищных орлов с голубями; такими, каких человек заточил в крепкую голубятню. Птицы метались в каком-то ограниченном пространстве, не в силах пробиться сквозь невидимые стены. Трактористу даже стало их немного жалко. Совсем чуть-чуть, но все же…

– Ведь это уже не враги, – подумал он, – союзники, хоть и поневоле. Знать бы еще, в чем.

Впрочем, внимание Анатолия Никитина, как и всех в штабной комнате, переключилось вперед – туда, где большая часть аборигенов разбегалась, размахивая руками.

– Точно! Жюлька, бывший вождь еврогеев! – воскликнул он, когда экран одним мгновением увеличил изображение, и его заполнило перекошенное от ужаса лицо аборигена.

– А это я… мы! – тракторист ткнул пальцем в другой экран, с которого на надвигающуюся гору летающего города смотрели немногие оставшиеся на месте хозяева долины.

Анатолий узнал бы, наверное, многих из них. Но сейчас он смотрел лишь на тех, кто своим обличьем стопроцентно напоминал его самого.

– Посмотри на того, что справа, – дернул его за рукав камуфляжной куртки профессор Романов, – это вообще твоя полная копия. Даже ремень на поясе камуфляжа свисает… не буду говорить на что.

– Нет! – тут же заявила Бэйла, прищурившая правый глаз так, словно она целилась в копию своего ненаглядного в прицел снайперской винтовки, – этот парень не мой Анатолий.

– Красивый, – хохотнула Ирина Ильина.

– Все, – командир положил конец дискуссии, превратившейся в обсуждение статей копии Анатолия, – садимся. Дежурной смене занять места согласно боевого расписания.

Никитин чуть помрачнел; согласно этого расписания он, как старший дежурной смены, должен был сейчас сесть за центральный стол, и уже оттуда наблюдать за происходящим.