Банкир. Книга третья: Младший брат бога

О! – вот это имя мне кажется важным звеном; сдается мне, что без нее здесь никак не обошлось. Джесси, а ты как считаешь?

– «Я считаю, что нужно самому проверить – так ли вкусна эта морковка, запастись ею для клана, и спешить за Луком. Ну, и расспросить о той проблеме, что тебя сейчас мучает, Гобла с Боблом. Если не ответят сейчас – никуда не денутся – расскажут, когда ты станешь Главой клана».

— Джесси! – строго одернул ее Мастер, – кто из нас Оракул – я или ты? Насчет Главы я еще окончательно не решил.

И гоблинов я хочу не просто расспрашивать, а поставить перед фактом; разгадать это табу самому. Ну, а насчет вкуса…

Он остановил свой уборочный «конвейер», оценил, как шустро работают рядом эльф с трактирщиком, и, небрежно смахнув полой куртки комья земли, громко, с наслаждением захрустел морковкой, действительно сочной и вкусной.

– А еще, – заявили внутрь собственного организма Мастер Стихий и Ментальный Мастер, – полная каротина и маны.

– Ты что делаешь?! – напрямую, минуя интерфейс, закричала Ольга Ивановна, – сейчас же выплюнь, и помой хорошенько.

Микробы…

– А я это специально, – нахально ухмыльнулся Саша, отгрызая второй, еще больший кусок, – всех микробов поймать, посадить на цепь, и отправить Умнику – пусть изучает. Ты еще не забыл, господин «Эйнштейн», что тебе поручили решить вопрос с рождаемостью в мире Ваалдам?

И сам же расхохотался выданной случайно шутке.

На дороге тем временем уже образовалась внушительная кучка моркови.

Та семья, которая и сподвигла Александра на такой героический поступок, давно ушлепала к Куполу, быстро покидав свою долю в котомки, которые появились из недр одежды, словно по волшебству, и быстро превратили гоблинов во вьючных животных.

– Даже не сказали: «Спасибо», – чуть обиделся Мастер.

Уже и многие другие гоблины скрылись в развалинах, точно так же не погнушавшись дарами; внушительные «горбы», может, и радовали их души, но фигурам стройности никак не добавляли.

– Пора, – решил Мастер, наконец-то вспомнивший о главной причине своего появления тут.

Его почему-то совсем не удивило такое равнодушие на зеленых лицах; видимо, жизнь здесь была не просто тяжелой и опасной. Она из поколения в поколение была одуряюще однообразной, опутанной многочисленными запретами. И было это – решил Шеф – результатом многовекового правления шаманки; и вбитым в кровь осознанием того, что власть Гоблы не кончится никогда.