Давайте улыбнемся

Поэтому когда я однажды выложил пятнадцать рублей за девять «зайцев», то один из порядочных начал мне отсчитывать сдачу, рубль с мелочью. На мою робкую попытку возразить получил твердую отповедь.

– Ну, возьму я сейчас пятнадцать, завтра захочется двадцать пять, а послезавтра дело дойдет до того, что вы перестанете возить безбилетников. Тогда что с вас возьмешь? В лучшем случае стакан чая без сахара со спитой заваркой? Порядок должен быть во всем.

Вот так рассуждал Спиноза от МПСа. Попробуйте возразить. Такие были времена.

Англичане

Познакомился я с ними на первой для меня проектной конференции в Москве. Действие происходило в помещении Московского народного банка. Это был советско-английский банк, то есть его Московское представительство.

От англичан была группа около десяти человек. В Англии было закуплено комплектное оборудование для двух установок по производству метанола. На тот момент самых мощных единичных агрегатов в мире. Поставку осуществляла английская фирма, входящая, пожалуй, в первую пятерку крупнейших мировых химических компаний. Вот для детализации положений контракта и проводились ежеквартально эти плановые проектные конференции. Я в то время работал начальником производства метанола, которое только предстояло построить, и представлял Томский химзавод, где и намечалось строительство одного из агрегатов.

Когда меня ввели в зал заседания рабочих групп, англичане сразу замолкли и заговорили только после того, когда переводчик назвал мои реквизиты: должность, фамилию и имя. После этого они дружно встали и начали подходить ко мне для пожатия моей лапки. В их глазах читалась высокая почтительность к моей персоне, даже у руководителя делегации. По их понятиям перед ними стоял большой босс – менеджер Томского метанола.

Если бы они знали, что представленный им босс дома каждое воскресенье вставал в шесть утра и ехал на базар занимать место к пустому прилавку в мясных рядах, в робкой надежде, что именно на этом прилавке будут продавать говядину, а не свинину. Поясняю. До коммунизма оставалось еще пару лет, и поэтому в стране в изобилии были только лозунги, призывы и партийная литература. Со всем остальным была напряженка. Особенно с говядиной, даже на базаре.