По ту сторону Алой Реки. Книга 2. Потерявшие судьбу

Гость грустно посмотрел на устроенное лошадью безобразие. А Модор, наконец, присмотрелся к нему.

Человек, который поначалу казался стариком, больше не походил ни на старика, ни на человека. Спина выпрямилась, глаза сверкнули холодным блеском, а волосы потемнели.

– Аммит, – представился гость. – А вы, полагаю, барон Модор?

– Я? – Барон все не мог увязать воедино разбежавшиеся мысли. – Да. А вы, простите… Барон?

Статью и выдержкой Аммит больше годился в графы, но граф в городе один, а другим, даже если нагрянут в гости, что делать у несчастного барона? Разве что…

Модор похолодел.

– О, нет-нет, – махнул рукой Аммит. – У меня нет титула.

– Стало быть, баронет? – спросил Модор, чувствуя, как сила духа к нему возвращается.

– Дорогой мой, вы не слушаете. Я сказал: нет титула. Ни у меня, ни у моего дорогого друга, с которым вы познакомитесь через секунду.

– Как такое может быть? – сдвинул брови Модор. – Я не первый день живу на свете. Вампиры – власть, и у каждого есть титул.

– Охотно покажу, – улыбнулся Аммит.

Неведомая сила схватила Модора, и мир завертелся перед глазами. Врезавшись головой в двери собственных покоев, барон влетел внутрь, покатился по полу, снося столы и стулья. Остановил его пинок в грудь, от которого горлом пошла кровь.

– Слышь, Учитель, я тут делом занят, а ты дерьмом кидаешься, – послышался грубый голос, исполненный уличного просторечия, совершенно чуждый этому изысканному месту, совершенному миру.

– Что вы здесь забыли? – зарычал, поднимаясь, Модор. – Вон! Вон из моего дома, жалкие бродяги! Если я…

Дар речи ему изменил. Наверное потому, что единственным, кто обратил на него внимание, был Рэнт. Баронет стоял рядом с ложем барона и смотрел на хозяина с отрешенным сочувствием.

– Ты – того, – вздохнул Рэнт. – Не дергался бы лучше. Они – ребята жесткие.

Лошади в гостиной, таинственно пропавшие дворецкий и адъютант, бесцеремонный бросок через половину дома и пинок в грудь – все это еще как-то втискивалось в узкие рамки миропонимания барона.

– Ты мне голову не морочишь? – говорил тот, что остановил его пинком. – Вот эта дрянь – явно бабская.

Парень, стоящий спиной к барону, поднял с кровати кружевную сорочку, в которой Модор ходил на торжественные приемы.

– Это у них для празднику, – тут же пояснил Рэнт. – Как какая гулянка где – все так выряжаются.