Бледный Король. Диктат

И когда зрение вернуло его в мир реальности, растопив грезы видением настоящего, он, подымая руку, с удивлением обнаружил, что не детские ладошки сжимали ее. Просто одеяло, обернувшись вокруг нее, породило лживую тяжесть. Кот, спавший на его постели, проснулся и ткнулся мордочкой ему в ладонь. Щекотная нежность отразилась в золотистых глазах кота срывающимися колосьями, а голоса детей утонули в шумном гомоне городских улиц. Пришедшая пред зимой осень в чужом сне наградила его улыбкой, а снег в исчезающих грезах разума прогнал видения окончательно.

Эльза сидела у окна и смотрела на Артура, ее прикрытые навечно глаза и лицо, застывшее, словно маска древнего божества, изучали смертного. И сколько бы тепла он ни отдавал этому существу, древний бог не одаривал его благодатью.

Они покинули город, и на земле духами древней магии, эхом старого закона засуетились снежные вихри – предвестники стужи. Артур слушал их и про себя смеялся над ними, они звали вьюгу, желая стать ее частью, приумножить ее силу и славу зимнего холода.

Артур знал, что вьюге нет дела до горстки снежных вихрей, поклонение себе она воспринимала как должное. Вихри же этого не знали.

– Ты вновь слушаешь духов природы, Артур? – Эльза удосужилась обратить внимание на Артура. Маска древнего божества ожидала ответа.

– Да, Эль. Они вестники непогоды, скоро поднимется вьюга. Не стоило покидать город именно сегодня. Нам будет негде укрыться, если буря наберет силу.

Отчего он, как и когда-то, не может оторвать от нее взгляд? Время не властно над ее красотой.

Он смотрел на Эльзу и видел, как укрывает эти плечи плащом, отороченным красивейшим мехом, – мехом, принадлежащим зверю, о котором Артур никогда и не слыхивал, – как с заботой и теплотой он укутал ее в надежде защитить от зимней стужи.

Снежинки врывались в искрящийся серебром мех и со звоном соскальзывали с него прочь. Капюшон с меховой оторочкой прикрывал ее лицо, так что глаза было не разглядеть.

Говорила ли она голосом или вновь, воспользовавшись колдовством, донесла свои мысли до его разума?

Смертный силился рассмотреть сквозь надвигающуюся непогоду движение губ древней богини, восседавшей напротив него.

– Артур, мой Артур. Мы успеем, не бойся этой вьюги. До нашей цели осталось совсем недолго. – Богиня разрушения и созидания, Владычица снов двинулась в путь, ее смертный был рядом. Губы богини остались недвижимы. Порывы ветра крали последние частицы тепла.

***

— Это лучший мех, господин.