Мы серые ангелы – цивилизация

Уже стало не важно, в каком театре и как прошла премьера нового спектакля, какая выставка будет наиболее интересна жителям и гостям города, на каком перекрёстке необходимо установить светофор… Полностью исчез анализ ситуации в городе, исчезли мнения журналистов… Более половины полос газеты теперь занимала реклама, а в статьях обсуждались темы о том, были ли трусы на известной певице во время её выступления или она всё же выступала без них? С кем она спит? Сколько зарабатывает? И читателям, судя по всему это было очень интересно! В конце рабочего дня Прохор позвонил в Москву, своему бывшему главреду.

Они ведь теперь работали в одном холдинге. Главред сразу же уловил суть вопросов Прохора, и немного помявшись, ответил ему просто:

– Прохор, я хорошо знаю тебя и понимаю, но сейчас такие времена, когда надо просто зарабатывать деньги, на всём, и если у тебя какое-то другое мнение, ты просто вылетаешь из обоймы! Никому не интересны твои личные переживания, если они не конвертируются в валюту! Вот послушай, что заставили повесить в кабинете у каждого начальника отдела нашей компании и главред начал читать:

«Современные средства коммуникации – власть, которую дают нам печать, телефон, радио и прочие изобретения, способные быстро передать важнейшие стратегические или технические идеи множеству взаимодействующих центров одновременно, – открывают перед нами совершенно новый мир политических процессов.

Сегодня идея и фраза могут быть эффективнее любой личности и сильнее любых локальных интересов. Можно документально оформить стандартную процедуру, не допустив тем самым ее искажения или нарушения, а затем постепенно уточнять и дополнять ее, внедряя повсеместно и не допуская непонимания на индивидуальном, локальном или групповом уровне».

– Это ведь цитата из той книги, о которой я тебе только что говорил, – произнёс Прохор.

– Да, – хмыкнул главред, – надо будет почитать, – послышалось в телефоне, – ладно, извини, ко мне пришли, потом поговорим.

После разговора со своим бывшим главредом, в душе Прохора возникло сильное смятение, он не знал, что ему делать, о чём думать, и это его состояние постепенно стало «конвертироваться» в обычное русское желание напиться. Это случалось в его жизни крайне редко, а после того, как он обрёл семью, оно вообще не случалось, но вот сейчас у него было именно такое настроение. Он написал заявление, взял отпуск на три дня за свой счёт и позвонил Косте.