Сансара. Оборот третий. Яйца Нимиры

Кто-то заорал снаружи, послышались характерные хлопки – яйца взрывались.

– Вперёд! – крикнул Яйцерик.

Он выкатился наружу, я – за ним. Оценить обстановку хватило секунды. Из пятнадцати яиц осталось тринадцать, два других обратились в лужи с плавающими в них осколками скорлупы.

Я прицелился в Джона, нажал кнопку. Колечки полетели, но Джон отшатнулся в сторону и выстрелил по мне. Я, стиснув зубы, остался на месте. Ну и не зря. Действительно, щекотно и ничего больше.

– Получайте, ублюдки, – проворковала Диана и, выставив перед собой ракетки, открыла огонь с двух рук сразу.

Фиона и Яйцедок палили из окон. Яйцерик в мгновение ока застрелил два яйца. Вот в него полетел колечечный луч. Я быстро заступил ему дорогу и выстрелил в ответ. Яйцо с надписью «АУЕ» взорвалось.

– Вот они! – сотряс землю громовой голос. – Настал час расплаты!

Я поднял взгляд, и челюсть у меня отвисла. Этот голем был высотой с девятиэтажку. И ладно бы он был один, но их было трое, и все они шагали к нам.

Глава 11

Я первым направил на ближайшего голема ракетку и пустил луч колечками.

– Умри! – гаркнули в левое ухо.

Повернуться я не успел. Успел только поймать затылком бейсбольную биту. Прихвостни Джона сообразили, что их страшное-опасное противояичное оружие на нас немножко не работает, и начали импровизировать. Сила удара у яйца была смешной, однако моему многострадальному позвоночнику этого хватило. Вскрикнув, я упал на колени и оказался лицом к яйцу с крашеным яйцом.

– Не надо было тебе связываться с семьёй Джона Ячменное Яйцо, – прошипело яйцо и размахнулось битой.

Пока оно размахивалось, я увидел, как луч долетел до голема и угодил ему прямо в грудь. Яйцо, в которое он попал, засветилось ослепительно белым светом и взорвалось. Силой взрыва повело остальные яйца, голем покачнулся.

– Ура! – заорал я хором с вороном, который над битвою кружил.

Словно подтверждая, что, безусловно, ура, мне в лоб прилетело битой.

– Что же ты никак не сдохнешь? – заорало яйцо, вновь поднимая биту.

– Не умею, – пожаловался я. – Учусь-учусь, а толку – хрен…

Ударить яйцо не успело – его прикончила пинком Диана. Выкрикнув что-то матерное, она пробила скорлупу пяткой. Нога погрузилась внутрь почти до колена. Крашеное яйцо смертельно побледнело, и узоры сделались ещё более контрастными.

– Живой? – спросила Диана, высвободив ногу.