Палач, скрипачка и дракон

– Вы что, издеваетесь?! – Рокко вскочил. – Ванесса? Ты зачем…

– Расслабься, братец, – махнула рукой Ванесса, уже примеряющаяся к бутылке в руке Рокко. – Это абсолютно взаимовыгодный брак. Папаня одобрит.

Сверху, даже сквозь Sonus-non-Opus, послышался особо громкий рев колдуна и примешавшиеся к нему стоны заблудших монахинь. Гиацинто, вздрогнув, поднял взгляд, Ванесса же и бровью не повела.

– А Рика? – спросил Рокко.

– Забудь Рику. Я за тебя отомстила. Будет знать, как хвостом крутить, а потом сбегать.

– А я, – добавил Гиацинто, – взвесил твои слова и послушался: отступился. Теперь Энрика – сама себе хозяйка.

– Минут на десять! – захохотала Ванесса, и Гиацинто поддержал ее смехом.

Рокко упал на стул. Рука, сжимавшая бутылку, ослабла, и Ванесса этим воспользовалась. Завладев вином, вцепилась зубами в пробку, но только зарычала от бессилия. А Рокко все смотрел в пространство перед собой, пока в голове его суетились беспомощные цифры. Хоть засчитайся – ничего не изменится.

– Ты чего-то приуныл, – заметила Ванесса. – Нет чтоб спасибо сказать.

Гиацинто тем временем осматривался. Ходил, брезгливо перешагивая через кучи мусора на полу, так глубоко засунув руки в карманы, что казалось, пальцы сейчас покажутся из-под полы. То и дело морщил нос и дергал плечами. Жреческому сыночку здесь пришлось не по нраву.

– Почему ты не обсудила это со мной? – тихо спросил Рокко.

– Потому что это – новогодний подарок, глупый, – снисходительно произнесла Ванесса.

– Сюрприз, – повторил Рокко и поднял взгляд на Ванессу. – Ты серьезно так считаешь? Подумай над ответом, Несси.

Ванесса нахмурилась. Это прозвище ей не нравилось, и Рокко обычно его не использовал.

– В чем проблема? – с вызовом спросила она.

– Проблему я сейчас буду решать. Но прежде я должен знать, что было у тебя в голове, когда ты в это ввязалась. Ты правда полная дура, что считаешь такой поступок с моей лучшей подругой хорошим подарком, или же ты за что-то мстишь лично мне?

– Я бы попросил! – подал голос Гиацинто.

– Тс-с-с! – успокоила его Ванесса. – Искорка сама.

Гиацинто улыбнулся во все зубы:

– Ну ладно, Уголек потерпит.

Рокко захотелось извергнуть все завтраки, обеды и ужины, когда-либо им съеденные – настолько отвратительно выглядела эта пара.