Князь Барятинский. Ближний Круг

– Наши родовые целители сделали всё, что могли, – жёстко сказал он. – Они срастили твои шейные позвонки. Восстановили кости – но не мозг. Не разум! Время, увы, было утеряно. И продолжить своё существование ты смог бы лишь безвольным растением, без желаний и чувств, до конца своих дней оставаясь прикованным к постели. Я не мог позволить нашему роду столь бесславно прерваться. Я… В общем, у меня есть нужные связи. – Григорий Михайлович посмотрел на племянницу. – Хотя Нина была категорически против этого ритуала. Скажем прямо, не вполне законного.

Нина всплеснула руками:

– Незаконность – последнее, что меня беспокоило, дядюшка! Я опасалась за исход. Ты говорил, что это очень рискованно. Что вероятность удачи ничтожно мала!

– Я обязан был предупредить о риске и возможных последствиях.

– А в итоге сделал так, как решил, – упрекнула Нина. – Невзирая на то, что я была против.

– Да, – кивнул старик. – Я принял это тяжёлое решение сам. Если бы ты не вынес призыва и умер, – теперь он снова обращался ко мне, – это была бы целиком и полностью моя вина.

– Но я вынес, – подвёл итог я. Продолжая изучать комнату, подошёл к небольшому столику, на котором обнаружился… флакончик с духами. – Не умер. Точнее, умер – но не здесь. Здесь я жив и здоров. Мой разум – при мне, а тело принадлежит шестнадцатилетнему оболтусу, не нашедшему для себя других развлечений, кроме прыжков вниз головой с моста. Всё ли я верно понял?

Я покрутил флакончик, недоумевая. Отвернул его от себя, нажал, принюхался – точно, духи.

– Да. Всё так, – подтвердил Григорий Михайлович.

– А могу узнать, почему я? Вы назвали это призывом. Отчего призвали именно меня?

Рядом со столиком я увидел корзину, в которой лежали несколько скомканных бумажных листов. Бросил духи туда же и потерял к ним интерес. Начал перебирать бумаги, лежащие на письменном столе.

– Потому что твой мир – это загубленный наш, – сказал старик. – Один из возможных вариантов развития нашего.

Темнота. Искры, несущиеся в бешеном калейдоскопе…

– В этих мирах по-разному течёт время. К примеру, твоё опережает наше на добрых пять сотен лет. В твоём мире истребили магию. Истребили саму память о ней, магия осталась лишь в детских сказках.